Книга Последний Хранитель Империи, страница 72 – Сергей Орлов

— Ты ж меня знаешь, я в ваши перепалки не лезу. Но в этот раз… я с Сеней. Если наш друг наконец-то обзавёлся нормальной силой, мы просто обязаны его прикрыть.

Филя метнул в него взгляд, способный прожечь дыру в броне линкора.

— Кретины! Все вы законченные кретины! Мы не об этом договаривались, твою мать! Я не собираюсь сидеть на жопе ровно и ждать, пока нас всех перережут, как баранов! — Он рубанул рукой воздух. — Если тебе так захотелось поиграть в великого мага — да на здоровье! Но я в этой самоубийственной хрени участвовать отказываюсь!

Он рванул к двери с такой решимостью, словно за ней ждала как минимум сказочная принцесса, но на пороге замер и развернулся:

— Слушай сюда, Сенька. Только честно. Оно того реально стоит? Эта древняя макулатура? Этот припадочный Покров? Аристократический покойник в твоей башке? Стоит ли это того, чтобы мы все здесь сдохли? Поразмысли над этим на досуге.

Он вылетел за дверь и шарахнул ею так, что с потолка посыпалась штукатурка.

— Вернётся, — флегматично заметил Серый, с хрустом вгрызаясь в яблоко. — Когда остынет. Он всегда возвращается.

Рита протяжно выдохнула:

— Дай ему время. Он за тебя переживает, просто выражает это… специфически.

Не успела она договорить, как в дверь снова забарабанили. Но на этот раз стук был тяжёлым, уверенным и зловещим, как смертный приговор.

— Арсений Вольский! — прогремел ледяной голос. — Откройте именем Совета Двенадцати!

Да чтоб вас всех! Сколько можно уже ломиться в мою долбаную комнату⁈

Я с раздражением уставился на дверь. Серьёзно? Только что избавились от кабана и разругались с Филей, а теперь ещё и Совет пожаловал. День становился всё лучше и лучше.

Рита схватила меня за руку, её серебристые глаза расширились от паники.

— Спрячь Реликт! Быстро! — прошипела она.

Я едва успел засунуть контейнер под матрас, когда дверь распахнулась без всякого предупреждения. Тяжёлый удар ногой вышиб замок, и в комнату ворвались четверо мужчин в чёрных плащах. Их лица скрывались под капюшонами, но за спинами клубилось разноцветное свечение активированных Покровов.

— Арсений Вольский? — прогремел голос лидера группы.

— А вы, блядь, кто такие⁈ — я выпрямился, чувствуя, как внутри закипает злость. — И кто вас научил врываться в чужие комнаты без стука?

Человек откинул капюшон, явив суровое лицо с тонкими губами и холодными глазами. От него исходила аура властности и уверенности — человек привык отдавать приказы и не слышать возражений.

— Я капитан Громов, — представился он, — личная охрана магистра Корнилова. У меня приказ доставить вас к нему для… беседы.

— С каких это пор Корнилов имеет право забирать студентов прямо из общежития? — вмешалась Рита, её голос звенел от напряжения. — Мой отец — член Совета Двенадцати, и я не припомню, чтобы он упоминал о таких полномочиях.

— Ваш отец будет должным образом уведомлён, госпожа Давыдова, — холодно ответил Громов. — Но приказы магистра не подлежат обсуждению.

Двое охранников шагнули ко мне, их руки уже светились ярким белоснежным цветом. Покров Барса…

— Я так понимаю, выбора у меня нет? — я усмехнулся, глядя на эти приготовления.

— Разумеется, есть, — капитан Громов демонстративно огляделся. — Мы можем сделать всё тихо и спокойно. Или… можем устроить тут… беспорядок.