Книга Не напрягайте Кракенова!, страница 77 – Сергей Орлов

Координально противоположная ситуация была в Малийской Империи. За слив личной жизни своего бывшего там можно было получить от пяти лет. Причем, без права выйти по УДО. Ну а за шантаж так и вовсе добавляли столько же. И это если преступник раскаялся, а судья оказался добрым.

Наша страна выбрала что-то среднее между этими двумя вариантами. Сроки дают большие, но если жертва согласится на денежную компенсацию, то можно рассмотреть и вариант примирения. Да и вообще, все зависит исключительно от личности потерпевшей и преступника. Кто такие, что за семья, были ли какие-нибудь нарушения в прошлом. Судьи старались не рушить жизнь понапрасну и пытались найти мирное решение, если была такая возможность.

Но с Григорьевым была другая ситуация. Этот урод завлекал молодых и талантливых девушек, вешал им лапшу на уши, а затем пользовался их неопытностью. И если после всего они не становились шелковыми, он переходил к шантажу. С такими надо разбираться жестко и без сантиментов.

«Может ворвемся к нему в кабинет и зададим вопрос про пики точеные?» — радостно поинтересовался осьминог.

— Ты теперь на сериалы про зэков подсел?

«Ну так… немного…»

«Посмотри лучше документалку про китов. Тебе полезно».

Проигнорировав бурчание осьминога, вышел из машины недалеко от Академии. Дела делами, но знания получать тоже надо.

Не думал, что вчерашние события станут настолько резонансными. Не знаю, что происходит в остальном городе, но в Академии мне просто не давали прохода.

Парни старались завести разговор и пожать руку, а девушки… тут все было немного сложнее. Часть очаровалась флером «плохого парня» и буквально не сводила с меня глаз. Другие же, наоборот, выкрикивали оскорбления и называли психом. Как подсказали парни из группы, Низовский пользовался огромной популярностью среди женской аудитории до 24-х лет. Эдакий бунтарь-красавчик-разбиватель сердец.

«Полупокер, короче», — добавил осьминог.

Вот где прав, там прав. Даже спорить не буду.

В общем, после первой же пары пришлось объясниться с директором и попросить освобождение на ближайшую недельку. Излишнее внимание мне ни к чему. К тому же, дел невпроворот. Да и тренироваться когда-то тоже надо.

К моему удивлению, он воспринял просьбу с пониманием. Сказал, что сделает мне «больничный» с открытой датой, ну а там, зависит от ситуации. Причем смотрел на меня как-то странно — словно опасался, что я и на него наброшусь. Вот смешной. Зачем мне бить морду какому-то там директору, когда для этого есть целые виконты и знаменитые актеры.

В любом случае, освобождение я получил, поэтому сразу же помчался в «подвал» Аптекарских. По утрам там обычно Зява с Барабаном тренируются, так что мешать мне никто не будет. Ребята они толковые и не станут задавать лишних вопросов. Еще бы учебу не прогуливали — цены бы им не было. Но я пока что не в том статусе, чтобы лезть со своими нравоучениями. Вот потом, когда поднимусь в их иерархии, можно будет и побеседовать.

— Здарова парни! — громко поздоровался я, пытаясь перекричать грохочущую музыку.

Неразлучная парочка, как обычно, метелила грушу. Точнее, один держал, а второй лупил, что есть мочи. Вот дал же им несколько уроков, а они все по-своему. Необучаемые. И это хреново.

Зява стянул перчатки и подбежал к планшету, из которого доносились звуки тяжелого рока. Он нажал пару клавиш и в подвале сразу стало тише.