Онлайн книга «Один я остался без силы 3»
|
Валун выскочил из автобуса и подбежал к упавшему Теневику. Лев лежал на спине, его лицо было мертвенно-бледным, а из груди торчала рукоять ножа. — Папа, держись! — Михаил склонился над отцом, его руки тряслись, пытаясь зажать рану. — Только не уходи! Я стоял над ними, ошеломлённый предательством Селезнёва. Что это вообще было⁈ Зачем? Почему⁈ Сапрыкин закашлялся, из его рта потекла тонкая струйка крови. Его глаза были широко раскрыты, но не от боли — от страха. — Он… внутри… — прохрипел Сапрыкин, глядя прямо на меня. — Защитник снова… стучится. Я похолодел от этих слов. Если «защитник» снова возьмёт контроль над телом Сапрыкина… в самый разгар эвакуации… рядом с автобусом, полным детей… — Я… слишком слаб… — прошептал он, и его голос был полон горечи. — Защитник… слишком силен сейчас… но… — внезапно его глаза прояснились, и в них мелькнула решимость. — Есть… другой путь. Он поднял дрожащую руку и с трудом извлек черный нож из своей груди. Тот пульсировал сильнее, будто рвался обратно в рану. — Михаил… — голос Сапрыкина стал тише, но тверже. — Сын мой… я так гордился тобой… каждый день… даже в темнице разума… каждую секунду… каждое мгновение… — Папа, не надо! — взмолился Михаил, в его глазах стояли слезы. — Мы справимся вместе! Мы вытащим тебя! Лев покачал головой, и на его губах появилась слабая улыбка. — Слишком поздно… для меня… но не для вас… Он посмотрел на меня, и в его взгляде я прочел решимость человека, сделавшего свой выбор. — Ярослав… позаботься о Мише… о Раисе… скажи им, что все эти годы я любил их больше жизни. Прежде чем кто-то успел его остановить, Сапрыкин сжал рукоять ножа в руке и закрыл глаза. Его тело начало излучать странное свечение, а тени вокруг него пришли в движение, собираясь в воронку, закручиваясь спиралью. — Отойдите все! — крикнул я, понимая, что сейчас произойдет что-то страшное. Валун схватил Михаила и оттащил его от отца, несмотря на отчаянное сопротивление. Я отпрыгнул назад, впервые ощущая настоящий страх перед силой Теней. — Что он делает⁈ — закричал Валун. — Финальная тень, — прошептал Михаил, и его голос задрожал. — Жертвенный ритуал Теневиков… Тени вокруг Сапрыкина закручивались всё плотнее и быстрее, образуя непроницаемый кокон. Сквозь этот вихрь тьмы едва проступало его лицо — спокойное, сосредоточенное, решительное. — Мой грех… моя тьма… моя битва… — голос Сапрыкина странно отдавался эхом, словно доносясь из глубокого колодца. — Я забираю тебя с собой, Защитник… туда, откуда нет возврата. Внутри вихря тьмы послышался другой голос — низкий, искаженный, полный ярости: — НЕЕЕЕТ! Ты не можешь! Я часть тебя! Ты не можешь уничтожить меня, не уничтожив себя! — Именно так… — ответил Сапрыкин с неожиданным спокойствием. — Поэтому я ухожу… и забираю тебя с собой. Воронка теней сжималась, уплотнялась, превращалась в сферу чистой тьмы. Она становилась всё меньше и плотнее, пока не сократилась до размера небольшого мяча. А затем… тишина. На секунду всё замерло. Даже приближавшиеся к нам монстры, остановились, словно зачарованные этим жутким зрелищем. И тогда сфера взорвалась беззвучной волной темной энергии. Она пронеслась над площадью, накрывая и нас, и монстров, но не причиняя никакого физического вреда. Только ощущение холода, глубокого, пронзительного, словно прикосновение смерти. |