Книга Один я остался без силы 3, страница 117 – Сергей Орлов

— Да, — кивнул Кирюша. — После особенно тяжёлого случая, когда ей пришлось спасать целый отряд, пострадавший при встрече с тварью из большого разлома… Она изменилась. Теперь она в изолированной зоне, и выходит только когда нужна срочная медицинская помощь. Краснова и Глеб работают над способом стабилизировать её состояние, но пока без особого успеха.

Я почувствовал укол вины. Если бы я был здесь, может, смог бы помочь? Или хотя бы разделить бремя ответственности за судьбу Амелии.

— Я хочу её увидеть, — твёрдо сказал я.

— Не сейчас, — раздался голос Красновой. Она стояла в дверях лаборатории, всё такая же собранная и решительная, как и вчера. — Сначала нам нужно выяснить, насколько стабильны твои собственные способности после комы и контакта с межпространственной энергией.

Она подошла ближе, внимательно изучая меня профессиональным взглядом:

— Вижу, ты уже освоился с трансформацией. Как остальные способности?

— Возвращаются постепенно, — ответил я. — Удлинение работает частично, Танец теней пока слабоват, но сила Валуна почти в норме.

— Хорошо, — кивнула она. — Кирюша, займись диагностикой его энергетического потенциала. Используй новую систему, которую мы разработали для близнецов.

Кирюша просиял и тут же бросился к одному из устройств:

— Я так и знал, что ты это скажешь! Уже всё приготовил!

— А ты пойдёшь со мной, — сказала Краснова, обращаясь ко мне. — Нам нужно поговорить о том, что произошло за эти семь лет. И о том, что будет дальше.

Я последовал за ней из лаборатории, напоследок улыбнувшись Кирюше, который уже настраивал какую-то невообразимую конструкцию из проводов и приборов, бормоча себе под нос технические термины.

Краснова привела меня в небольшой конференц-зал, где нас уже ждал Глеб с кипой бумаг и планшетом. Его странный глаз мерцал, периодически меняя интенсивность свечения.

— Прежде чем мы начнём, — сказала Краснова, когда мы заняли места за столом, — я должна тебе кое-что показать.

Она активировала голографический проектор в центре стола, и над ним возникло трёхмерное изображение — высокий мужчина в военной форме, стоящий на трибуне перед огромной толпой. Генерал Кривцов, хотя и постаревший, с проседью в волосах и новыми морщинами, но всё такой же властный и холодный.

— «…И сегодня, в седьмую годовщину Великого Закрытия, мы вспоминаем тех, кто отдал свои жизни ради спасения Империи,» — его голос, усиленный динамиками, разносился над площадью. — «Особенно мы чтим память юного наследника Долгоруких, чья жертва позволила нам закрыть порталы и защитить наш мир от вторжения. Его смерть не была напрасной. Благодаря технологиям, которые мы извлекли из его героического поступка, Империя встала на путь эволюции, путь, который приведёт нас к настоящему величию!»

Толпа разразилась аплодисментами. Камера показала огромный памятник — бронзовую фигуру мальчика, протягивающего руки к небу, в котором угадывались черты моего лица.

— Он сделал из тебя мученика, — сказала Краснова, выключая голограмму. — Символ для объединения нации под его правлением. «Ради чего отдал жизнь наследник? Ради будущего Империи. И я, генерал Кривцов, обещаю, что его жертва не будет напрасной». Такие речи он произносит каждый год.

— Иронично, — сухо заметил я. — Особенно учитывая, что всё это время он держал меня в своей лаборатории как подопытного кролика.