Книга Лекарь в мире ЗОМБИ 6, страница 92 – Сергей Орлов

Нет, с Лешим нужно играть тоньше. Использовать его знания, его навыки, его охотничьи инстинкты. А если он откажется сотрудничать или станет слишком опасен… что ж, тогда я просто дождусь момента, когда он окажется подальше от своих ловушек и прикончу его.

Пока лучшая стратегия — частичная открытость. Дать ему информацию, получить информацию взамен и выстроить подобие доверия. По-крайней мере, попытаться.

Тишина затягивалась. Леший остался стоять, опершись на стол, ружье по-прежнему готово к выстрелу. Его выцветшие глаза, окруженные паутиной морщин, буравили меня, словно пытались прочитать мысли. Где-то в глубине бункера тихо гудели генераторы, отсчитывая секунды нашего странного противостояния.

Свет лампы мерцнул, на секунду погрузив бункер в полутьму. В этом кратком мгновении мне показалось, что на лице старика проступило что-то почти человеческое — усталость, может быть, даже тоска. Но когда освещение восстановилось, передо мной снова был только настороженный хищник.

Заговорить первым означало показать слабость. Но бесконечно молчать, играя в гляделки, было бы тратой времени. Тусклый свет старой лампы отбрасывал причудливые тени на стены бункера, превращая обычные предметы в зловещие силуэты. Где-то в глубине помещения капала вода — размеренно, гипнотически. Звук отсчитывал секунды нашего молчаливого противостояния.

— Не думаю, что наша встреча случайна, — наконец произнёс я, намеренно придавая голосу оттенок благоговейного трепета. — Господь ничего не делает просто так. Если Он вернул нас обоих, значит, на то была Его святая воля.

Леший не изменился в лице, но в его выцветших глазах что-то дрогнуло. Он слегка наклонил голову, изучая меня с новым интересом, словно видел первый раз.

— Вот теперь ты заговорил как Божий человек, — хмыкнул он недоверчиво. — А раньше, помнится, был безбожником. Даже подшучивал над моей верой, когда выслеживал меня со своими псиониками.

Я опустил глаза, изображая раскаяние:

— Смерть… меняет человека. А потом воскрешение в прошлом, эта вторая жизнь… разве это не чудо?

Леший медленно кивнул, словно что-то для себя решая.

— Как ты здесь оказался? — спросил он, по-прежнему держа ружьё наготове.

— Думаю, меня направил Господь, — ответил я. — После воскрешения мне было видение. Яркий свет и голос, указавший дорогу. Я шёл по зову и пришёл сюда.

Старик недоверчиво прищурился.

— Значит, говоришь, Господь к тебе обратился? И что же Он тебе сказал?

На филфаке нас пичкали всей этой древней мутью: Библией, Кораном, Ведами. Не для того, чтобы мы верили, а чтобы понимали контекст, когда разбираем классические тексты. Откровение Иоанна я прочёл от корки до корки — культурологический анализ, курс по религиозным мотивам в литературе. Это была тема моей курсовой. Никогда бы не подумал, что эта хрень пригодится мне в будущем.

— Что грядёт время Великой Жатвы, — я перекрестился, заметив, как взгляд Лешего снова скользнул к иконе. — Время отделить зёрна от плевел. Что этот апокалипсис — не случайное бедствие, а намеренная кара. И что я должен стать Его орудием.

Что-то изменилось в его лице — едва заметное напряжение, искра интереса в глазах.

— Ты веришь, что мёртвые восстали по воле Божьей? — спросил он тихо.

Память псионика сработала безупречно, выдавая нужные цитаты, как хорошо отлаженный механизм. Слова, которые когда-то зубрил для экзамена, теперь могли спасти мою жизнь.