Книга Мажор в школе магии 3, страница 106 – Сергей Орлов

— В сторону! — скомандовал Грулев. — Атакуем одновременно!

Они рассредоточились, окружая существо. Бром и Флегг достали из своих сумок какие-то странные приспособления, похожие на небольшие круглые диски, и метнули их в галиаля. Диски, соприкоснувшись с существом, начали пульсировать красным светом.

Грулев тем временем выхватил странный нож с рукоятью, украшенной рубинами, и произнёс короткое заклинание. Лезвие загорелось алым пламенем.

Галиаль издал высокий, вибрирующий звук и попытался скрыться, но был словно прикован к месту дисками гоблинов. Грулев прыгнул вперёд с невероятной для человека ловкостью и вонзил пылающий нож прямо в центр существа. Раздался оглушительный свист, и галиаль взорвался каскадом ярких искр, которые постепенно погасли в воздухе.

Интересно, что во время боя с этим существом ни один из них не использовал волшебную палочку, словно в их арсенале это было далеко не самое мощной оружие.

— Сильная тварь, — заметил Грулев, убирая нож. — Но недостаточно.

Он посмотрел на останки существа, которые всё ещё слабо мерцали на лесной подстилке, и его глаза загорелись алчным блеском.

— Бром, — произнёс он, указывая на светящуюся массу, — собери его щупальца и внутренности. Всё, что ещё светится.

Гоблин недовольно скривился.

— Почему всегда я должен возиться с потрохами?

— Потому что у тебя это лучше всего получается, — усмехнулся Грулев. — И не делай такое лицо. Одно щупальце галиаля алхимики покупают за пятьдесят золотых. А там целая дюжина. Хватит, чтобы хорошенько оттянуться, прежде чем… — он бросил многозначительный взгляд в мою сторону. — Ну вы поняли.

Бром тут же оживился, достал из своей сумки какие-то специальные инструменты и принялся аккуратно собирать останки галиаля, складывая их в стеклянные контейнеры.

— Только быстро, — напомнил Грулев. — У нас мало времени.

Они продолжили путь, а я продолжал мысленно составлять план побега. Я чувствовал, что магия, удерживающая меня, постепенно ослабевает. Возможно, эффект родника был временным, или мы просто удалялись от него. В любом случае, мне нужно было дождаться подходящего момента.

Наконец, Грулев остановился перед особенно густой чащей. Она выглядела совершенно непроходимой — сплетение ветвей, колючек и лиан образовывало сплошную стену растительности.

— Здесь, — произнёс он, доставая из внутреннего кармана странный артефакт, похожий на маленький кристалл, заключённый в металлическую оправу с множеством тонких узоров.

Он поднял артефакт над головой и начал читать длинное заклинание на том же странном языке, что использовал раньше. Кристалл засветился красным светом, и этот свет начал расширяться, образуя вокруг нас купол.

И вдруг, словно кто-то сорвал невидимую завесу и густая чаща исчезла. Вместо неё перед нами открылась тропа, ведущая к… деревне. Настоящей деревне, скрытой в самом сердце волшебного леса.

Дома, построенные частично из дерева, частично из камня, располагались по кругу, в центре которого высилось странное сооружение, напоминающее храм или святилище.

— Добро пожаловать в Красноглазку, сосуд Аббадона, — с ухмылкой произнёс Грулев. — Твой новый дом. По крайней мере, на те недолгие дни, что тебе осталось жить.

Вот теперь я начал по-настоящему злиться. Никто не будет планировать мою смерть и говорить об этом с такой самодовольной ухмылкой. Я чувствовал, как внутри меня что-то просыпается — не Аббадон, а что-то другое. Моя собственная решимость… моя ярость… моя, мать его, сила!