Книга Клятвы и руины, страница 35 – Хелен Шойерер

— Рен! – крикнула Тея и бросилась к ней.

Но сестра подняла руку, останавливая ее.

— Я в порядке.

Тея уставилась на нее, чувствуя, как гулко бьется сердце в груди и замечая, что в глазах сестры стояли слезы, а рука прижалась к груди.

— Я тебя ранила… – пробормотала она, чувствуя на языке горечь.

Рен покачала головой:

— Нет, все в порядке…

— Неправда, – возразила Тея. – Я…

— Вот что происходит, когда ты, Алтея, не слушаешь, что тебе говорят, – отрезала Одра, быстро подойдя к Рен и помогая ей подняться.

Расстроенная и опустошенная, Тея наблюдала за сестрой, отмечая, как она морщится при каждом движении.

— Рен, мне так жаль… – сдавленно произнесла она. – Я не хотела…

— На этом сегодняшнее занятие окончено, – заявила Одра, развернув сестер к тропинке, которая вела в крепость.

Однако Рен снова повернулась к Тее:

— Поужинаешь со мной, Самрой и Идой? Как раньше? Самра неделями прятала под кроватью неприлично большой запас вина…

Тея ощутила укол вины. Она ранила Рен, а та все равно приглашала ее на ужин? И все же Тея не смогла заставить себя принять приглашение.

— Я пока не готова, – ответила она сестре, в голосе ее не было злости – только печаль.

Казалось, Рен, смаргивая рвущиеся наружу слезы, успокаивала себя. Кивнув, она ответила:

— Я всегда жду тебя.

Тея отстранилась.

— Я знаю.

Тея

В тот вечер в душе́ Тея ощущала себя так же отвратительно, как и физически. Придя в оружейную, она нашла там Кэла и Киппа, которые спорили о том, что важнее – кавалерия или лучники. Тея задержалась в дверях, наблюдая за их жарким спором и чувствуя, как уголки губ растягиваются в улыбке, а в груди разливается знакомое тепло.

— Все зависит от обстоятельств! – Кипп возбужденно взмахнул руками. – Речь об осаде? Сражении в поле? Есть ли сторожевые башни? А как насчет лучников на лошадях? Честно говоря, Кэллахан, я начинаю сомневаться в своем отношении к тебе.

— Я лишь сказал, что лучники могут…

— Это как спросить, что нравится мне больше: прекрасная обнаженная женщина, которая лежит на спине, или та, что стоит на коленях?

Несмотря на выдавшийся день, Тея усмехнулась.

— И что же тебе нравится больше, Кристофер?

Кипп высоко подпрыгнул, прижимая руку к груди.

— Да помогут мне Фурии, Тея, я чуть не наложил в штаны.

— В таком случае, я надеюсь на то, что Фурии помогут сначала Кэлу и мне.

Кэл покачал головой и, оттолкнув друга в сторону, обнял Тею и крепко прижал к себе.

— Где ты была? В последнее время тебя вообще не видно.

— Знаю, – ответила она. – Простите. Надеюсь, у вас найдется время вечером? Выпьем чего-нибудь? – Она подняла керамический кувшин, который принесла с собой. – Например, кислой медовухи из «Веселого лиса», любезно предоставленной Уайлдером Хоторном?

Тея нашла кувшин в закромах в домике Уайлдера и надеялась, что этот невыносимый ублюдок не заметит пропажи, а если и заметит, то хотя бы не скоро. Она подумала, что за то, что друзья выдерживают ее в последнее время, они заслуживают чего-нибудь приятного.

Глаза Киппа загорелись.

— Надеюсь, это не шутка?

Улыбаясь, Тея ответила:

— С кислой медовухой я уж точно не шучу. Мне бы не хотелось в следующем сражении оказаться в какой-нибудь дурацкой позиции.

Кипп забрал из ее рук кувшин и прижал его к себе, словно младенца.