Книга Леди пепла, страница 170 – Мелисса Рёрих

— Вы хотите дать отпор?

— Что? Нет, – начал было Каллан.

— Хм-м-м, – задумчиво протянула Тава, поднося цветок к носу и вдыхая аромат. – А мне кажется, что да.

Ее голубые, как океан, глаза с любопытством смотрели на него, ожидая следующих слов. Каллан понял, что она права. Он действительно хотел нанести ответный удар за то, что их заставили во все это ввязаться. За то, что нацелились на его народ. И на него самого.

— А что, если так? Если я в самом деле хочу дать отпор? – медленно произнес он.

Улыбка Тавы стала шире.

— Я бы сказала, что вы наследный принц. Кто вас остановит?

— А вы?

— Что я?

— Вы хотите сопротивляться? Против того, к чему подталкивает ваш отец? Против того, что пытаются сделать с детьми из Черного синдиката?

Тава шагнула к нему и, протянув руку, сунула цветок в нагрудный карман его туники.

— Я оказываю сопротивление каждый день с тех пор, как вы отбыли во Двор Огня, Каллан, – ответила она тихим яростным голосом. – Я тайком уходила из дома посреди ночи, чтобы встретиться с Тенью Смерти. Я платила за еду и одежду, оставленные в условных местах, и следила за тем, чтобы они попали к тем, кто в них нуждается. Я передавала Скарлетт, Сорину и Кассиусу случайно услышанные обрывки сведений. Все это для того, чтобы дать отпор. Чтобы бороться за тех, кто заслуживает лучшего, чем то, что им выпало в жизни.

Тава подняла глаза на Каллана. Ее пальцы по-прежнему прижимались к его груди, разглаживая ткань вокруг стебля цветка.

— Я сидела среди представителей высшего общества и тех, кого, по мнению этого самого общества, лучше бы не существовало в природе. Все они заслуживают того, чтобы за них боролись, Каллан. Мы заслуживаем правителей, которые бы заботились о нас, смертных. А не магических существ, для которых на первом месте всегда стоит собственная выгода.

— Так самоотверженно, – пробормотал он.

В следующее мгновение она приподнялась на носочки и прижалась губами к его губам. Он так удивился, что сначала не шелохнулся, но, когда ее маленькие кулачки сжали ткань его туники, сам притянул ее ближе и углубил поцелуй. На вкус она была как чистый солнечный свет, чем разительно отличалась от той, кого он целовал в последний раз. Это было почти шоком для него, но он не возражал. Все произошло неожиданно, но он был этому рад.

Дверь с грохотом распахнулась, и Тава вздрогнула в объятиях Каллана. Они повернулись на звук. Охнув от потрясения, Тава поспешно спрятала лицо на груди у принца. При виде Веды Лэйрвуд ее щеки вспыхнули ярким красным пламенем. Веда и сама стояла, пораженно раскрыв рот. В ее темных глазах горела ярость.

— Веда, – прорычал Каллан, крепче прижимая к себе Таву. Куда, черт возьми, запропастились Финн и Слоан? – Мы можем вам чем-нибудь помочь?

— Я… – замялась она и провела руками по своему бледно-зеленому платью.

— Мы скоро вернемся в бальный зал, – мрачно сказал Каллан, показывая незваной гостье, что ей здесь не рады.

— Конечно, – сказала Веда и, развернувшись на каблуках, ретировалась, закрыв за собой дверь.

Тава отстранилась от его груди. На ее губах играла лукавая улыбка.

— Вы знали, что она заявится сюда в поисках нас? – осенило Каллана.

— Называйте это предчувствием, – подмигнула она, отступая на шаг.

— Вы ждали ее? – Каллан не знал, обругать ли себя за то, что увидел в их поцелуе то, чем он не являлся, или подивиться сообразительности Тавы, которая не переставала его поражать.