Книга Леди пепла, страница 132 – Мелисса Рёрих

Обсуждение определенно необходимо. Талвин была не в состоянии запросто отказаться от планов, которые они разрабатывали годами. Десятилетиями. Так не пойдет.

— Что бы ты хотела узнать? – спросила Эштин.

— Все, – выдавила из себя Талвин.

— Ветры больше не говорят со мной, ваше величество. Поэтому мне нечего сказать, – ответила она без всяких эмоций.

Похоже, это обстоятельство расстраивало Брайара куда сильнее, чем саму Эштин. Челюсть принца была стиснута, плечи напряжены, пальцы сжаты в кулаки.

— Что значит, ветры больше не говорят с тобой? – спросил Азраил со своего места.

Его глаза были закрыты, голова откинута на спинку кресла, а дыхание – быстрым и неглубоким, словно он не до конца пришел в себя.

— Королева Талвин в курсе, принц, – ответила Эштин. – Она сообщит то, что тебе нужно знать.

Азраил медленно поднял веки и устремил на Талвин свои карие глаза.

— Какого дьявола тут произошло, пока меня не было?

— Не говори со мной так, будто я ниже тебя по положению, принц Луан, – окрысилась та.

— Ты сказала альфе, что его сестра вернулась? – спросила Эштин своим напевным серебристым голосом, но прежде чем Талвин успела ответить, та повернулась к Брайару. – Почему Рейнер держит за руку ребенка?

Проследив за ее взглядом, Талвин обнаружила, что, действительно, Всадник Пепла водит по большому залу, в котором они все находились, маленькую весело щебечущую девочку, чьи золотистые кудряшки подпрыгивают при каждом шаге.

Столы были накрыты, постоянно подносились новые блюда. Дети поглощали пищу с такой жадностью, будто не ели несколько месяцев. Элиза и Нив вместе с несколькими старшими детьми направляли младших в купальни, откуда они выходили в свежей одежде, которая была им впору, а не в старых, плохо сидящих обносках, бывших на них по прибытии в Черные Залы. Слышался непрерывный смех и болтовня, возбужденные визги и нескончаемый топот ног. Дети бегали вокруг, играли, исследовали. Несмотря на отсутствие еды и надлежащей одежды, было очевидно, что о них хорошо заботились. Мало кто выглядел обездоленным и имел удрученный вид, часто сопутствующий бедности.

Но не это поразило Талвин больше всего, а исходящие от маленьких гостей разнообразные запахи. Они так смешались, что она не могла определить, кому какой принадлежит. Оборотни. Ведьмы. Дети ночи и даже фейри. В жилах всех детей текла магическая кровь.

— Понятия не имею, – ответил Брайар. – Могу предположить, что они познакомились в последние несколько недель.

— Разве малышка не должна бояться мужчины, в чьих глазах клубится дым и который может исчезать в пепле? – протянула Талвин.

Маленькая девочка продолжала болтать, рассказывая Рейнеру историю, от которой его обычно непроницаемое лицо озарилось улыбкой.

— Дети, как правило, имеют более простой взгляд на мир, чем взрослые, – пояснила Эштин. – Жаль, что с возрастом мы теряем эту ясность.

Возникший рядом с Брайаром Сойер наклонился и что-то зашептал брату на ухо. Глаза Брайара слегка расширились, и он кивнул.

— Меня зовет Сорин, – сообщил он, повернувшись к Эштин. – Хочет узнать, как здесь дела. Если тебе что-нибудь требуется, говори, пока я тут.

— Нет, – ответила та. – Я пошлю сообщение, если ты мне понадобишься.

Коротко кивнув, Брайар плотно сжал губы и, развернувшись, зашагал к выходу. Сойер остался рядом с принцессой Ветра. Талвин как раз собиралась спросить, не нужно ли ему что-нибудь, когда сзади раздался голос Азраила: