Книга Fallout: Ядерная Самба, страница 42 – Джон Сан

Пальцы быстро забегали по клавиатуре «Ассистента». Сканирование частот… фильтрация помех… Полоска прогресса медленно ползла по экрану. И вот оно. Сигнал все еще был слабым, но теперь «Ассистент» смог выудить из него чуть больше информации. Несколько повторяющихся кодовых фраз. Упоминание о «Зоне Гамма-7» — так в некоторых старых картах Института обозначался район Корковаду. И дата… дата активации сигнала совпадала примерно с его собственным «пробуждением» в Рио.

«„Электрические Угри“ оказались не такими уж и скользкими, — подумал Зед, копируя данные. — А вот информация… она всегда ускользает. Но ничего, я умею ждать. И копать глубоко».

В этот момент в зале что-то с оглушительным треском включилось, и все помещение залил яркий свет от аварийных ламп. Генераторы вышли на полную мощность.

— Есть! — радостно крикнул Рауль. — Энергия пошла!

Зед быстро отключил «Ассистента» от терминала. Изабель как раз обернулась и посмотрела в его сторону. Их взгляды встретились. В ее глазах он не увидел явного подозрения, скорее усталость и… что-то еще. Возможно, молчаливое понимание того, что у каждого в этой игре свои цели.

Подстанция «ЭлетроРио-Норте», или «Надежда», как ее пафосно называла Дона Ферра, была в их руках. «Техно-Сертанежуш» сделали еще один шаг к своей мечте о технологическом рае. А Зед — маленький шажок к разгадке тайн своего прошлого и настоящего. И к новым, еще более опасным проблемам.

Глава 23: Поиск в Паутине Лжи

Успех на подстанции «ЭлетроРио-Норте» принес Зеду не только скупую похвалу от Доны Ферра и более качественный дробовик, но и, что гораздо важнее, доступ к относительно стабильному источнику энергии. Это означало, что Рауль смог не только подлатать его «Ассистента», восстановив некоторые из поврежденных диагностических функций, но и позволил Зеду пользоваться одним из терминалов в мастерской «Железо и Вольт», подключенным к основной сети «Техно-Сертанежуш». Официально — для «анализа данных по предстоящей операции и изучения систем безопасности „Abrigo-Tec“». Неофициально — для всего, на что хватит его наглости и умения скрывать свои истинные цели.

Поздней ночью, когда большая часть обитателей мастерской спала или занималась своими делами в других отсеках, Зед сидел перед тускло мерцающим экраном терминала. Рядом, подключенный через импровизированный интерфейс, лежал его «Ассистент». На экране медленно обрабатывались те скудные данные, что он сумел скопировать с управляющего компьютера подстанции — фрагменты перехваченных сообщений, логи систем безопасности, упоминания о странных энергетических всплесках в районе Корковаду. И, конечно, тот самый сигнал Института.

Он часами копался в этом цифровом мусоре. «Ассистент», подпитываемый энергией терминала, работал чуть стабильнее, но информация все равно была обрывочной, сильно зашифрованной. Институтские протоколы защиты данных были крепким орешком даже для довоенных суперкомпьютеров, не говоря уже о кустарном оборудовании «Техно-Сертанежуш» и его собственном, изрядно потрепанном «помощнике». Ключевые слова — «Цербер», «Зона Гамма-7», «Актив» — всплывали то тут, то там, но общая картина оставалась неясной, как отражение в мутной воде залива Гуанабара.

«Нужен либо ключ, либо кто-то, кто умеет вскрывать такие замки без ключа», — понял Зед, откидываясь на спинку скрипучего стула. «Техно-Сертанежуш», при всем их фанатичном увлечении технологиями, вряд ли обладали специалистами такого уровня. Их потолок — заставить работать ржавый генератор или собрать боевого робота из тостера и газонокосилки. Институтская криптография была для них чем-то из области магии.