Книга Леди озера, страница 98 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Словно почувствовав мои грязные мыслишки, Талан поднимает глаза. Наши взгляды встречаются, мои щеки пылают. Его губы медленно изгибаются в понимающей улыбке.

— Ты оголодала?

Я сжимаю губы, пытаясь сохранить достоинство.

— Простите?

Принц отбрасывает топор и подходит ближе; мой взгляд скользит по нему, отмечая каждую идеально очерченную мышцу. Мощь и совершенство его тела способны свести с ума любую женщину.

— Ты принесла столько еды, что хватит на небольшое войско, – мягко произносит он.

Я приподнимаю бровь, мое дыхание учащается.

— И?..

Его лицо мрачнеет; он скользит по мне взглядом, словно медленно лаская.

— И мне просто интересно, сколько из этих яств ты предназначаешь своему мужу.

— Я принесла вам фазаний пирог. – Я стараюсь говорить спокойно, сжимая сверток с едой.

Талан наклоняется ко мне и шепчет глубоко и сладострастно:

— Это не все, что я хотел бы попробовать.

Внутри разливается жар, сердцебиение учащается в предвкушении…

Талан так близко, что его сила переполняет меня, а его запах сводит с ума. Этот мужчина может овладеть мной в мгновение ока, если захочет.

И, судя по изгибу его губ, ему это тоже известно.

Мы с Таланом сидим на мягких одеялах у камина. Золотистые отблески пламени мерцают на стенах охотничьего домика. Лунный свет струится в ромбовидные окна, образуя на полу серебристые ромбы. Я вешаю плотное шерстяное платье сушиться у камина, а вместо него надеваю желтое шелковое, приготовленное для меня Таланом.

Бросаю взгляд на принца. Он смотрит на огонь и пытается сосредоточиться на магии. Он достаточно близко, чтобы я могла ощутить манящее притяжение его силы – чувственное, страстное прикосновение к моей коже, от которого моя спина напрягается, а руки покрываются мурашками.

Талан закрывает глаза. Отблески пламени играют на его прекрасных чертах.

— Он уже спит, – тихо говорит он. – Я почувствовал. Готова?

Я делаю глубокий вдох.

— Готова.

Принц открывает глаза, его темный взгляд скользит по мне.

— Помни: даже если сны нереальны, они все равно могут причинить боль. Правила игры всегда меняются, и я не знаю, с чем мы столкнемся в больном воспаленном разуме Кахедина. – Талан наклоняется ближе, теплый свет очерчивает его скулы, губы слегка изгибаются. – Думаешь, сумеешь пережить этот кошмар вместе со мной?

— Со мной все будет хорошо.

Я не понаслышке знаю, насколько опасен бывает Талан. Несколько месяцев назад, когда я была еще курсантом Башни Авалона, он заманил меня в ловушку кошмара наяву. Он не видел меня, но чувствовал мои мысли. Он знал, что я украла у него карту, и запер меня в кошмарном мире, требуя вернуть ее. Он едва не утопил меня. Он назвал меня «маленьким телепатом», утаскивая в ледяной водоворот…

Маленький телепат… Я утоплю тебя, и ты пожалеешь, что не умерла, но продолжишь тонуть. Ты не сможешь дышать, вода заполнит твои легкие. Во сне даже смерть – не избавление.

По спине бегут мурашки. Талан до сих пор не знает, что это я украла карту. Что я и есть тот телепат, которого он искал. С тех пор я защищаю от него свой разум.

— Когда попадешь со мной в его сон, – тихо продолжает Талан, – я не смогу контролировать его, как обычно. Нам придется слиться с его сном и приспосабливаться к тому, что там происходит. Нельзя слишком резко вмешиваться в его течение. Каждое действие подобно брошенному в спокойное озеро камню, от которого появляются водовороты и рябь. Если оно вызывает слишком сильное беспокойство, сон может стать неустойчивым. Не сопротивляйся – попробуй плыть по течению. Если Кахедину приснится, что он птица, мы тоже станем птицами. Если приснится, что он скачет на лошади по лугу, мы тоже можем покататься на лошадях.