Книга Леди озера, страница 116 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Талан смотрит на меня как на книгу, которую он не в силах прочесть.

— Нет, вечно. Если только это не обман.

Я чувствую, что разрываюсь изнутри.

— Ты заявилась сюда убить меня. – В его низком голосе звучит недоверие. – Ты сообщила Пендрагонам, где именно я буду атаковать. Ты проникла в мой замок, чтобы убить Мясника из Бретани. Ловца Снов. Ты лгала мне месяцами.

— Я выполняла свою работу.

Он проводит рукой по подбородку, его глаза сверкают болью и гневом.

— Кого я похоронил рядом с Нимуэ?

Я тяжело вздыхаю. Почему-то это кажется самым скверным во всей истории. Я качаю головой:

— Не моего отца. – И не добавляю ни слова.

Не хочу больше ничего говорить о сопротивлении. Эти сведения Талану придется добывать под пытками. Вспоминаю про болиголов, который ношу с собой, но он остался в плаще в охотничьем домике. Слишком поздно…

Талан делает шаг мне навстречу.

— Ты здесь, чтобы убить монстра. Но скольких ты убила, Ния? Ты ведь не такая уж невинная малютка… Только сегодня шесть трупов. Весьма впечатляет. У маленькой фермерши есть коготки.

Я задыхаюсь в панике. Чем все закончится? Перерезанным горлом? Я не собираюсь дожидаться и проверять, так ли это.

Пальцы сжимаются в кулаки. Постепенно во мне начинает бурлить сила – ее прилив не такой мощный, как раньше, но, возможно, его хватит устроить Талану сюрприз. И вырваться на свободу.

— Вы правы. Я не такая невинная, какой кажусь. Вы всю жизнь притворяетесь злодеем, а я – милашкой. Ложь – вот чем мы занимаемся. Я угождаю другим, а вы поступаете наоборот. Вы хотели ненависти. Жаждали ее. И только я смогла вам дать то, что вы хотели. И вы начали что-то чувствовать, да? Всё благодаря мне. Моей дерзости.

— А ты всего-навсего отражение чужих желаний. – Его голос режет словно осколки стекла. – Пустая внутри.

Я лишь улыбаюсь. Наверное, раньше так и было. Но теперь – нет.

— Вы сказали, что я жажду хаоса и приключений и тушу пожары, но порой мне хочется увидеть, как мир сгорает дотла. В этом вы тоже правы. Большинство считают меня безобидной милашкой и не представляют, на что я способна. Однако вы почти догадались. Почти увидели меня такой, какая я есть. И знаете что? Я устала играть все эти роли. Это так здорово – быть собой, Талан… И гори все огнем. Как-нибудь попробуйте.

А потом я призываю тройственную силу, и она обрушивается на меня, жестокая и непредсказуемая.

Я бросаюсь на Талана.

С размаху бью принца кулаком в лицо, его голова резко откидывается назад. Хотя сам Талан почти не сдвинулся с места – твердый как мрамор. От удара костяшки пальцев пронзает острая боль. Острая и жгучая, но она необходима, чтобы мои чувства обострились. Я должна ощущать что-то еще, кроме разбитого сердца.

Магия заряжает меня, я бью снова и снова, пока противник не блокирует удар предплечьем. Отводит локоть назад, обрушивает мне на плечо и едва не сбивает с ног. Я смутно чувствую боль, но ее подавляет по-прежнему пульсирующая внутри магия.

Я снова бросаюсь на Талана.

Разъяренные, мы сшибаемся в вихре драки – наносим и блокируем удары, молотя кулаками с такой силой, что сотрясаются кости. Это не просто драка – это срывание личин. Мы продолжаем до тех пор, пока не превращаемся в подлинных первобытных фейри без всяких масок. Бросаемся друг на друга в каком-то безжалостном ритме. Так проще. Лучше острая физическую боль, чем тот невыносимый разговор.