Книга Дух огненных озер, страница 58 – Артур Гедеон

Хозяйка принимала его милостиво. Молодой благовоспитанный красавчик Аполлон Аполлонович Светозаров всегда был желанным гостем в ее нескромном доме. И девочки от него были в восторге, кстати. Так что школу публичных домов, как бы там ни случилось, но статский советник Аполлон Светозаров прошел.

И когда он настроил себя таким вот образом, выпив еще пару бокалов вина, дверь открылась, и вошел хозяин подземного дворца. Под руки он держал двух юных дам – тех самых, которые вчера весело пронеслись мимо них по коридору терема. Обе девушки были тесно стянуты дорогими шелковыми платьями красных тонов с разными оборочками, рюшечками, и у обеих была широко открыта грудь.

— Познакомься, друг мой, эта малинка – Манон, а эта клубничка – Карина.

— Сударь, – в реверансе поклонились обе и качнулись друг к другу бедрами, а коснувшись, весело засмеялись.

Блестели карие глаза у клубничной темноволосой Карины особым блеском – ярким, шальным, немного даже безумным. И куда спокойнее и притягательнее смотрела русоволосая малинка Манон. По возрасту обе были только-только поспевшими – срывай плод и вкушай.

— Выбирай, – сказал Губин, – а если хочешь – бери обеих, дорогой друг, хоть на всю ночь.

Светозаров усмехнулся:

— Спасибо, дорогой друг, но одной мне будет достаточно. – Он посмотрел в глаза обеим девушкам. – Но ведь я смогу потом забрести и на другую поляну?

— Разумеется!

— Я выбираю малинку.

Губин подтолкнул к нему русоволосую Манон.

— Бери ее. А ты, озорница, – он вдогонку хлестко шлепнул ту по заду, – все делай как надо!

Малинка оказалась с ним наедине, вторую девицу Губин прихватил с собой, пожелав гостю неспокойной ночи.

— Вина? – спросил Светозаров.

— Да, сударь, – учтиво поклонилась та.

Он налил им по бокалу вина. Они чокнулись хрусталем, выпили. Аполлон Светозаров выжидал. Затем привлек девушку к себе, нежно поцеловал ее в шею.

— Вы не стесняйтесь, барин, – тихо сказала ему на ухо Манон. – Я все для вас сделаю, только скажите.

— Я не стесняюсь, – отстраняя ее, ответил Аполлон Аполлонович и заглянул в ее зеленые глаза. – Раздевайся, милая.

— Платье мне поможете расшнуровать?

— Еще как помогу.

И когда девица осталась в легком шелковом нижнем белье, так нежно и чувственно облегавшем фигурку, он подхватил ее на руки и понес в альков на кровать, на которой, несомненно, эта малинка Манон была не один раз с гостями купчины Губина.

4

Магия подземного дворца хитрым образом привязывала к этому месту, всецело завладевала тобой, становилась хозяйкой твоей души и плоти. Так рассуждал в последующие дни пребывания в подземном дворце купчины Губина его петербургский гость Аполлон Светозаров. Он оказался буквально птичкой в золотой клетке, которая по своему желанию залетела туда, сама захлопнула дверцу и теперь клевала превосходнейшие зерна, которые только могли существовать. Манон была прекрасна, и не менее прекрасна оказалась Карина, услугами которой он также воспользовался. Что ни час, в подземном дворце шли пиры, тут всегда играла музыка и лучшее вино лилось рекой. От черной и красной икры буквально трескались фарфоровые икорницы, жареные улыбчивые поросята прибывали на вертелах вместе с отменным жгучим хреном, чтобы немедленно быть иссеченными длинными ножами, гигантские осетры приезжали на небольшом кухонном лифте и вскоре, разодранные жадными едоками, уносились наверх, а вниз привозили все новые и свежие яства. Было ощущение, что Губин хочет закормить своих гостей и напоить их до смерти. Именно так развлекался когда-то русский царь Петр Первый, правда, силой заставляя упиваться своих гостей, которых частенько выносили после удара или заворота кишок уже агонизирующими или мертвыми. В отличие от царя Ануфрий Данилович Губин никого насильно убивать не думал, но его гости и сами могли постараться. Среди этих гостей были чиновники средней руки, купцы, обедневшие дворяне, странствующие актеры, просто подхалимы и приживалы без роду и племени. Никто и ничем не платил Губину за гостеприимство, кроме одного – все обещали много есть и много пить за здоровье хозяина. И, конечно, в отличие от царских потех, тут гости еще и предавались напоказ греховным плотским утехам. Причем сам Губин мог и не участвовать в этих безумных пирах, а просто появляться, как солнце, время от времени. «И что за прихоть такая? – думал Аполлон Светозаров. – Воистину – у богатых свои причуды!» Но его все устраивало. Он позабыл про Царев и свою важную миссию – вывести из мутной воды на чистую всех казнокрадов этого городка, содрать с них три шкуры и пригвоздить к позорному столбу. Он сам превратился в карася в мутной воде. Более того, непрекращающийся лукуллов пир заставил его задуматься над тем, а зачем вообще служить в департаменте, таскаться по уголкам Российской империи в снег и дождь, претерпевать неудобства, вытряхивать из кого-то душу, потому что все равно на место одного продажного чиновника тут же прилетает другой и с радостью и жадностью берется воровать, ибо исключительно ради этого и выбрал такое поприще, как «служение отечеству».