Книга Дух огненных озер, страница 17 – Артур Гедеон

— Гарсон! – грубо рявкнули из кабинета. – Шампанского!

Нырнувший в кабинет официант задержался чересчур надолго, а когда вышел, то стал рыскать глазами по столикам, и поскольку ресторан был почти что пустой, то сразу наткнулся взглядом на застывшего у окна Светозарова. Тот сидел так, как будто ждал своего приговора. Так они и смотрели друг на друга несколько секунд. А потом официант просиял и поспешил к нему.

— Простите, месье, – сказал он, – но я для вас с поручением. Месье Губин приглашает вас к себе в кабинет.

— Меня? – пролепетал сухим голосом Аполлон.

— Да, месье, и его дама тоже. Вот записка, – он протянул ему розовый листок гербовой бумаги, на котором было что-то изящно выведено карандашом.

Светозаров осторожно взял листок и прочел про себя:

«Будьте так любезны, мой загадочный незнакомец, составить нам компанию. Я не забыла вас. Буду очень признательна и рада. Аделаида».

«Вот оно, вот», – стучало в голове у Аполлона Светозарова. Случилось! То, за чем он отправился в Европу! То, что предчувствовал всей душой и сердцем! О чем мечтал, о чем просил! Вот оно, вот…

— Вы окажете господам эту любезность? – спросил официант.

— Разумеется, – кивнул Светозаров.

Он встал, щедро расплатился за утиную печень с трюфелями и, поглубже вдохнув, направился через зал к бархатной изумрудной портьере…

Проходя мимо дверей, он взглянул направо и увидел через стекло трех телохранителей этой самой загадочной Аделаиды. Они же были с ней и на Дворцовой площади. Что ж, как видно, три эти цербера следовали за ней повсюду. Но у такой женщины и должна быть достойная охрана. «А теперь наберись мужества, Аполлон, наберись! – сказал он самому себе. – Или беги отсюда без оглядки!» Но было уже поздно – он стоял точно перед волшебной пещерой, перед другим миром, переступишь его порог – и уже не станет дороги назад, не будет исхода. «Ну и пусть! – решил путешественник. – Положусь на судьбу!»

4

…Аполлон Светозаров отвел край портьеры и вошел в отдельный кабинет. Окно было занавешено легким розовым тюлем. На широком диване напротив него развалился купец Губин, чей бордовый фрак посверкивал золотыми искрами, и с легкой усмешкой смотрел на своего гостя. Его ждали! Слева от него в изысканном кресле, положив руки на подлокотники, сидела она – загадочная Аделаида.

— Аполлон Аполлонович Светозаров, – поклонился молодой человек.

— Всем хорош, – изучая его, сказала дама, – и лицом, и фигурой, и звучным именем, и даже фамилией. Княгиня Аделаида Савойская, – представилась она и протянула ему руку.

Он подошел и с величайшим волнением поцеловал ее кисть, пальцы которой были унизаны перстнями.

— Чему вы улыбаетесь, Аполлон Аполлонович?

— Когда я увидел вас на площади, то сказал про себя: «царица».

— Как вы откровенны. Но благодарю.

Тяжело поднялся с дивана уже изрядно выпивший красномордый мужичина в сверкающем фраке и тоже протянул руку в самоцветах:

— Ануфрий Данилович Губин, русский купец.

Они пожали друг другу руки. Ну и лапа была у этого купчины: и горячая, и каменная, наверняка орехи пальцами мог колоть.

— Будьте так любезны, Аполлон Аполлонович, садитесь, – указал он на другое кресло, справа от себя, и обратно плюхнулся на диван. – Сейчас шампанское принесут.

— Благодарю, – кивнул Светозаров и сел на предложенное место.