Книга Ада 2, страница 6 – Гала Мрок

Обглоданная кисть хлопает по металлу рядом с моей рукой. Отпрыгиваю назад, хватаю с пола арматуру. Тут же делаю взмах — бью твари по костлявой конечности. Та с влажным хрустом ломается, повисая на синем изодранном рукаве.

Но мертвеца это нисколько не тревожит. Он рваным движением выбегает на меня. На голове — оранжевая каска, горло разорвано, синяя форма в коричнево‑бурых пятнах и дырах. Тварь скалится, открывает рот, тянет ко мне одну уцелевшую руку.

Со всей злостью, которая бурлит во мне, как горная река, бью в мертвецки‑белый глаз. Арматура вонзается в глазницу, проходит сквозь мозг. Зомбак мешком падает назад.

Со скользким звуком вытаскиваю своё оружие из его черепной коробки, вытираю кровь об единственно чистый участок на его одежде и разворачиваюсь к машине. Сердце тарабанит, будто десятки копыт бьют в грудь. Одна мысль пульсирует в голове: «Спасти Кайла!»

Подбегаю к машине. До ушей доносится множественное рычание. Бросаю короткий взгляд в распахнутые ворота: дождь прекратился, в сумраке вижу, как в мою сторону бегут фигуры — сгорбленные, дерганые, с вытянутыми руками. Страха нет. Всепоглощающая злость на всех и всё вокруг заполнила меня под завязку, вытеснив остатки паники.

— Ну уж нет, суки, сегодня без ужина! — выплевываю слова, запрыгивая за руль. Пальцы уверенно хватаются за ключ зажигания.

Поворачиваю его — движок отзывается готовностью, довольно порыкивая, словно понимает, что сейчас начнётся гонка не на жизнь, а на смерть. Оборачиваюсь на Кайла: лицо бледное, как бумага, глаза закрыты, веки подрагивают в каком-то лихорадочном ритме. Всё лицо покрыто холодным потом, короткие тёмные пряди прилипли к коже. Ремень плотно натянут между губ — этот импровизированный намордник выглядит так дико, так жестоко, так неправильно…

На секунду замираю, борюсь с желанием выдрать эту чертову штуку у него изо рта. Но хлопок по кузову отвлекает меня — резко поворачиваю голову.

Долговязая, высокая женщина с остатками бигудей на рыжих волосах стоит у борта. Вместо глаз — провалы, нос отгрызан, края раны неровные, кровоточащие. Она клацает зубами, пальцы скребут по металлу. Её движения настойчивые, она не сдастся, пока не доберется до добычи.

Стискиваю зубы, сжимаю руль. Втыкаю передачу, давлю газ в пол. Внедорожник отзывается сразу же — рывок, массивный нос машины тыкает безносую красоткув грудь. Она падает. Раздается хруст, машина подпрыгивает на ней, выносит нас из помещения гаража.

Толпа тварей на ходу толкает в бок автомобиля — его ощутимо качает, я резко дергаю руль в сторону, колеса визжат на заносе. С трудом, но мне удаётся выровнять управление. Внедорожник подчиняется, выскакивает на более-менее ровную часть дороги.

Бешеные от удара заваливаются друг на друга, образуя кишащую массу: руки, ноги, рты — всё перепуталось в этой живой куче. Они хаотично пытаются подняться, некоторые на четвереньках бегут следом, перебирая конечностями, как пауки. Но я скрываюсь от них за поворотом, уносясь прочь — расстояние между нами растет, силуэты размываются в сумерках.

Кайл тихо стонет, потом рычит. Затем снова слабый стон. С каждым звуком, доносящимся с его стороны, частичка моего сердца умирает. Внутри всё сжимается, горит.

— Держись, Кайл, — шепчу, крепче сжимая руль. — Не умирай. Прошу тебя…