Книга Грело. Гаспар де Марсан. Том I, страница 165 – Александр Шевец

Корбе потёр большим пальцем костяшку указательного, затем потянулся за пером.

— Потому что предложил её поправить.

Леклер поднял голову.

— Что именно?

— Порядок слов. Она была тяжёлая, особенно если читать вслух. Не безграмотная, просто неудобная.

Жюльен взял чистый обрезок бумаги и быстро написал несколько слов, переставив их местами.

— Вот так звучало бы легче. Смысл не меняется.

— Заказчик согласился? — спросил Гаспар.

— Нет. Сразу сказал ничего не трогать.

Корбе положил перо возле чернильницы и попытался вспомнить точнее.

— Кажется, сначала сказал: «Не меняйте». Потом добавил, чтобы переписывал так, как принесли. Я ещё спросил про имена, потому что иногда люди хотят только сами выдержки без указания автора. Он сказал оставить.

Гаспар взглянул на Матье.

— Значит, ему было важно, чтобы эта фраза оставалась рядом с именем Доминика.

— Не отвечай за свидетеля, — сухо сказал Леклер.

— Я не отвечаю. Я складываю два факта.

Жюльен перевёл взгляд с одного на другого и поднял руку.

— Если поможет: зачем нужны имена, он не объяснял. Только сказал не убирать их.

Матье кивнул.

— Вот это и оставим.

Гаспар покосился на него.

— Не представляю, как ты вообще разговариваешь с людьми наедине.

— Быстрее, чем с тобой.

Корбе усмехнулся, но почти сразу посерьёзнел, когда Леклер снова повернул к нему копию.

— Оригинал, который принёс заказчик, был рукописным?

— Да. Один лист с обеих сторон.

— Исправления на нём были? Зачёркнутые слова, вставки на полях?

Жюльен некоторое время смотрел на стол, вспоминая.

— Кажется, нет. Я бы заметил, если бы пришлось разбирать правки. Текст был чистый.

Гаспар перестал улыбаться.

— То есть не запись, которую делали прямо во время проповеди.

Корбе покачал головой.

— Этого я не знаю. Могли сначала записать как угодно, а потом переписать начисто.

Леклер слегка кивнул.

— Почерк помните?

— Хороший, ровный. Не писарская красота, просто человек привык держать перо. Между выдержками одинаковые промежутки, имена вынесены отдельно. Лист выглядел подготовленным, а не случайно набранными заметками.

— Тем же почерком писал заказчик?

— Не знаю. При мне он ничего не писал.

Жюльен уже собирался отойти от стола, но остановился.

— Хотя сам текст он, похоже, знал.

Матье сразу поднял глаза.

— Почему?

— Из-за той же фразы. Оригинал лежал передо мной, а заказчик стоял почти у двери. Когда я предложил переставить слова, он сразу отказался. Не подошёл к столу, не спросил, какое место имею в виду.

— Мог просто запрещать любые изменения, — заметил Леклер.

— Мог, — согласился Корбе. — Но фразу он понял сразу.

— Переспросил хотя бы?

Жюльен покачал головой.

— Нет. Вот это помню точно.

Гаспар отошёл к окну. Снизу доносился глухой стук переплётного пресса; на улице ученик мастерской выносил корзину с кожаными обрезками, а чуть дальше телега медленно протискивалась между прохожими.

— Значит, он не просто забрал у кого-то запечатанный лист и принёс вам по поручению.

Корбе повернулся к нему.

— Возможно. Но откуда мне знать, кто дал ему текст?

— Вот поэтому я и сказал «не просто запечатанный лист».

— А я сказал «возможно».

Леклер посмотрел на Гаспара.

— Кажется, он научился разговаривать с тобой быстрее меня.

— У него талант.

Жюльен опёрся руками о стол.

— Теперь описание?