Книга Тифлис 1904, страница 40 – Николай Свечин

Алибеков ответил без раздумий:

— Этого негодяя мне не жалко. Но как мы его арестуем?

— Ты придешь сегодня ночью к Солтан-оглы и скажешь, что выполнил заказ. В доказательство предъявишь мою лошадь с переметными сумами и винтовку.

— Он захочет увидеть труп.

— Скажешь, что бросил его в горную расщелину.

— Хм. Это можно. Вот лошадь, вот оружие русского. Как иначе они могли ко мне попасть? Это можно. А что дальше?

— Солтан-оглы даст тебе пятьсот рублей?

— Нет, конечно. Откуда у него такие деньги?

— Вот! – повеселел сыщик. – Ты заявишь ему, что хочешь получить оплату быстро.

— Понял, – хлопнул в ладоши Имадин. – И потребую сообщить, где сейчас Динда, чтобы я взыскал с него долг. Правильно?

— Молодец. У меня с этим подонком, если желаешь знать, теперь личные счеты.

— Расскажи, – потребовал чеченец.

— Ты слышал об убийстве поручика-грузина на Кахетинском шоссе три дня назад?

— Слышал. Солтан-оглы говорил, он был в той шайке.

— Вот как! Знаешь, я тоже там был. Рядом с офицером, в одном фаэтоне.

— Я это уже понял, – сказал Имадин. – Фолат сказал, что полицейских было двое. И одного, русского, велели не трогать, только напугать. А потом что-то изменилось, и этого второго тоже приказали убить. Для чего и наняли меня.

— И они знали, когда я поеду по тропе, так?

— Так. А ты оказался хитрее.

Алексей Николаевич был обескуражен. В тот раз его велели напугать, но не убивать! Это была не просто засада на кровника, с которым абрек решил свести счеты. Кто-то хотел помешать аресту Багдасарова. Полицейских, поехавших за ним, остановили на полпути в Гомборы. Динда-Пето отомстил храброму поручику, а заодно не дал задержать агента «большой постирочной». Пока Лыков вытирал сопли, штабс-капитана прикончили, замаскировав убийство под обычное ограбление. Несчастный денщик удачно подвернулся, и сейчас лежит где-нибудь на леднике высоко в горах. Да, Имадин прав: у «постирочной» есть влиятельные покровители. Они всё знали о планах сыщика. Сначала решили не трогать чиновника, прибывшего по личному распоряжению министра. Застращаем, ниточку оборвем, авось он сам с перепугу сбежит обратно в столицу. Однако Лыков не сбежал и собирался продолжить дознание. И тогда они наняли разбойника, чтобы застрелить коллежского советника. Тот как раз направился в горы в одиночку, на верную погибель. Ну, попал под выстрел – иначе и быть не могло… Никакой Плеве не подкопается. Все хором уговаривали дурака отказаться от авантюры. Но он не смог побороть амбицию. Похоже на Лыкова? Похоже. А дознание? Скорее всего, начальству станет не до него. Потом, когда-нибудь, поручат другому сыщику… За это время мошенники наедятся досыта и закроют лавочку.

Итак, покровители. Кто знал о задании Абазадзе и Лыкова? Множество людей. А о поездке сыщика ночью в горы? Тоже немало. Кто-то из них работает на «постирочную». Надо взять Динда-Пето и допросить. Душу вынуть, но получить имена. И уже потом пристрелить при попытке к бегству. Отомстить за поручика.

— Слушай, Имадин. У меня на глазах убили Арчила Абазадзе. Молодого храброго человека, моего товарища-полицейского. А я смотрел и молчал. Испугался.

— И ты не вступился?

— Нет. Их было девять человек, стволы смотрели прямо в грудь.

— Понимаю… Хорошо, что ты уцелел. Что толку от бессмысленной смерти?