Книга По остывшим следам, страница 114 – Николай Свечин

— Он внушает пациентам разные полезные мысли. Как жить без страхов, в свое удовольствие. Психиатр, имеет разрешение от властей. А ты будешь помогать ему усиливать внушение. Если до кого слова не доходят, поддашь гипнозом.

— А-а…

— Не отказывайся, сначала попробуй. Если получится, у тебя будет занятие. Все лучше, чем поленья таскать.

Психиатр ел парня глазами и тоже убеждал соглашаться:

— Мы с вами вместе горы свернем. От клиентов отбоя не будет.

— А что, господин Ситников, многие приходят к вам, желая избавиться от страхов? – поинтересовался сыщик. – Общество настолько напугано?

— Да, люди идут косяком, – признал тот. – Время ужасное, революция изрядно повредила психику. Боятся разных вещей: бомбистов, увольнения от службы, новой войны…

— С кем?

— Чаще всего с англичанами. Но и германцев называют. Один мой пациент опасался войны с Аргентиной.

— М-да…

— Но, господин Лыков, как же мы с вашим подопечным станем работать? Он беглый, удрал из лечебницы, его ищут…

— Я поговорю с подполковником Ахматовым. Принудительное обследование, которому подвергли Малолеткова, незаконно и бессмысленно. Парень действительно не опасен, но легко поддается внушению. Пусть уж лучше вы станете его патроном, чем бомбисты-террористы.

Они вернулись в полицейское управление. Лыков чувствовал странную ответственность за простака, хотя тот участвовал в покушении на него. Гости сели за стол, Анна Порфирьевна угостила их компотом и вареньем. Дровотаск, казалось, мог есть без перерыва… Когда варенье закончилось, сыщик обратился к нему:

— Теперь рассказывай. Для чего ты сидел тогда в чайной?

— Так Виктор Платонович попросил.

— О чем?

— Ну, он станет вас убивать, а я должен помочь.

— Почему меня решили убить?

— А это эсеры, ваше высокоблагородие. Кто-то оружие ворует и боевикам продает. А вы, Виктор Платонович сказал, эти покражи хотите прекратить. Эсерам убытки. Вот их и попросили, значит.

— Где мне найти Васильева?

— Теперь не знаю, – почесал затылок гипнотизер. – Они покушение готовят на… Как его? Фамилия такая смешная.

— Кобеко?

— Вот-вот! – обрадовался парень. – На него, точно.

— Когда?

— А сколько сейчас время?

— Что, сегодня? – Сыщик в волнении вскочил.

Тут со стороны кремля раздался приглушенный расстоянием взрыв, и в окнах зазвенели стекла.

— Сиди тут, никуда не уходи, – приказал Алексей Николаевич и побежал к полицмейстеру. Тот вместе со своим помощником Кошанским припал к окну, пытаясь что-то разглядеть.

— Это покушение на Кобеко! – крикнул им сыщик. – Ходу!

Все трое сбежали вниз и, толкаясь, сели в казенный выезд.

— Откуда вы знаете, что на Кобеко? – раздраженно спросил Васильев.

Сыщик хотел объяснить, но вовремя прикусил язык. Если сказать правду, то парня укатают за недоносительство. И он ответил:

— Это догадка, на кого же еще?

Пока экипаж несся по Воскресенской, Лыков не находил себе места. Неужели скромного и трудолюбивого Дмитрия Дмитриевича убили? Казанцы тоже нервничали и торопили кучера.

Когда они примчались на площадь, первое, что увидели, – это стоящего возле памятника Александру Второму вице-губернатора. Жив! Дмитрий Дмитриевич прижимал к щеке платок, из-под которого обильно лилась кровь.

— Ну-ка. – Питерец бесцеремонно отвел руку Кобеко, осмотрел рану. – Пустяк, Дмитрий Дмитриевич! Вырван кусок мяса, небольшой. Заживет. Голова как, не болит? Контузии нет?