Онлайн книга «Фартовый город»
|
От скуки коллежский советник уступил не имеющему чина и сходил с ним на чемпионат по французской борьбе. Тот шел в цирке Лара на арене циклодрома Асмолова. Сначала дали обычное представление, публика валила валом, было много женщин и детей. Выступал известный клоун-дрессировщик Дуров со своей антропозоологической труппой. В первом отделении тридцать две дрессированных свиньи изображали взятие крепости. Затем клоун вывел на арену три тысячи ученых крыс, Лыкову даже стало не по себе от этой серой армии. Борьба началась в час ночи и собрала несколько сот зрителей. Большинство из них были выпимши. Детей уже увели спать, но в первых рядах сидели богатые купчихи, высматривали себе любовников среди атлетов. Сыщики посмотрели схватку главной звезды турнира, француза Робинэ, с чемпионом Турции Сали-Сулиманом. Француз был разрекламирован как чемпион мира, получивший золотой пояс от английского короля. Лыков в Петербурге ходил на борьбу, следил за известными атлетами и знал, что никаких поясов английские короли не раздают… Француз уложил турка на ковер эффектным, явно подстроенным броском. Потом ему вывели «разъяренного» быка, который на самом деле оказался спокойным и даже несколько сонным. Бороться бык не хотел. Робинэ повыделывался с ним, кое-как повалил и удалился, освистанный публикой. Все оживились, когда на арену вышел самый сильный местный житель, нахичеванский кузнец Тащиев. Атлет-любитель схватился с Морре-Чеховским. Бились они двадцать минут и закончили ничьей. Тащиев не знал приемов и не смог одолеть ловкого циркача. Но в мощи он не уступил, и народу это понравилось; богатыря проводили аплодисментами. Петр подзуживал командированного тоже выйти на арену и надрать кому-нибудь холку. Лет двадцать назад Лыков, возможно, так бы и сделал. Теперь он лишь посмеялся. В поднятии тяжестей коллежский советник и сейчас дал бы фору многим циркачам. Но вот борьба… В схватке с молодым соперником легко получить травму. И как тогда вести дознание в чужом городе со сломанной рукой? Через несколько дней Лыков увиделся наконец со своим помощником в трактире Борзенко на Старопочтовой улице. Трактир использовался сыскной полицией для встреч с негласной агентурой. Азвестопуло предстал перед начальником в необычном виде — голова и рука забинтованы, под глазами желтые круги. — Что с тобой случилось? — поразился коллежский советник. — Плохо иметь дело с дураками… Сергей рассказал, что часть террористов, которые готовили покушение на градоначальника Одессы Григорьева, удалось арестовать. Остальные улизнули. При задержании были захвачены бомбы. И когда одну из них несли разряжать, произошло несчастье. Саперный поручик Казаров во дворе Петропавловского участка неосторожно уронил бомбу. Раздался взрыв, в результате которого погибли сам поручик, городовой и письмоводитель. Шестеро полицейских, и Азвестопуло в их числе, были ранены. — Сильно тебе досталось? — Контузило, теперь спать не могу. Голову задело, но по касательной. Повезло… — А что вообще творится в Одессе? — Там хаос, — принялся рассказывать титулярный советник. — Григорьев, как узнал про готовящееся покушение, сразу подал министру рапорт об отставке по болезни. — Напугался? — Напугаешься тут! Предшественника Григорьева, генерала Карангозова, недавно застрелили в Кисловодске. Почти в тот же день в самой Одессе кинули бомбу в пристава Бульварного участка. Приставу оторвало обе ноги, он умер, не приходя в сознание. Тяжело ранены его помощник, околоточный, двое городовых и случайные прохожие. На станции Одесса Малая каждый день идут уличные бои… |