Книга Дела минувшие, страница 67 – Николай Свечин

«Счастливец» на этих словах полез в карман и вынул четвертную:

— Вот, сами убедитесь.

Алексей взял купюру и начал ее крутить и так и сяк. Потом посмотрел на просвет и присвистнул:

— Даже знаки есть!

— Что я вам говорил?!

Не обращая внимания на эти слова, сыщик вынул из своего бумажника такой же билет, положил их рядом и стал сравнивать. Потом сказал:

— Вы меня дурите. Ваш билет настоящий.

— Уверяю, что нет.

— Докажите. Предъявите еще несколько с таким же номером.

Брехов отобрал свою четвертную, сунул обратно в карман и заявил:

— В следующий раз. И так я рассказал вам слишком много. А взамен не услышал ничего обнадеживающего.

Некоторое время они молчали, наконец Лыков спросил:

— Но какой здесь мой интерес? Я рискую: или полиция возьмет за тазобедренный сустав, или Морозов прикажет больше не допускать меня к своей особе. За ради чего мне подставляться?

— Три процента от выручки, если поможете нам договориться с Морозовым.

— Пять! – тут же потребовал «демон».

«Блинодел» отступил на шаг, окинул собеседника таким взглядом, будто только что разглядел в нем что-то новое. Задумался. Потом ответил:

— Пять много, мы столько не потянем.

— За три ищите другого. Мои риски стоят того, что прошу.

— Хм. Я должен подумать, посоветоваться с товарищами. Сами понимаете, такие вопросы в одиночку не решают.

Алексей попытался надавить:

— Когда вы покажете мне другие билеты?

— Через несколько дней. Они же не в тюрьме фабрикуются! И даже не во Пскове, а в глухом месте подальше от чужих глаз.

— Я успею их увидеть?

Лыков облизнул губы будто бы от жадности. Потап улыбнулся одними уголками губ:

— Собираетесь выйти на свободу завтра? Это маловероятно. А что там случилось на самом деле? Как вы оказались в наших кущах?

«Демон» понизил голос:

— Да приехал в Псков и стал ревизовать трактиры. И привязался один дурак. Крест мой оскорбил. Я не выдержал, дал раза, а он возьми и сдохни. Но свидетелей они не найдут, утрутся.

— Я слышал, что у следователя имеются на вас показания, – возразил фальшивомонетчик. – Хотите легко соскочить, но Шульц шутить не станет.

— А! – махнул рукой Лыков. – Все будет по-другому. Приедет Степан Горсткин и поговорит с теми свидетелями.

— И что?

— То, что они дружно изменят свои показания.

— Полиции это не понравится, – усомнился в словах собеседника Брехов.

— Плевать на полицию. За серенькую^[70] кабацкие питухи мать родную продадут, не то что отзовут подпись в протоколе. Всего-то надо сказать на суде: уверенно опознать не могут. Вроде похож, а вроде и нет. На очной ставке обознался, теперь разглядел внимательно и усомнился… Дальше дело адвоката.

Потап с сомнением покачал головой, но заговорил о другом:

— И вы выйдете на свободу?

— Обязательно.

— Сколько у нас времени?

— Месяц, а то и меньше.

— И поедете в Богородск к Морозову?

«Демон» взял мошенника за пуговицу:

— Поеду, если мы с вами договоримся. А вы пока что подсунули мне настоящий билет, выдав его за фальшивый. Если не покажете другие с тем же номером, я вам, извините, не поверю. Честь имею кланяться!

Целую неделю после этого важного разговора ничего не происходило. Лыков понимал, что за ним теперь внимательно наблюдают. Брехов действительно рассказал незнакомому арестанту слишком много. Ему нужно было с ходу заинтересовать человека. Но признаться, что ты фальшивомонетчик! Вынуть из кармана образец! «Счастливец» играл ва-банк. В серьезных делах так не поступают. Видимо, шайка заглотила наживку. Им нужен Морозов, а подследственный скоро выйдет на свободу и уедет из Пскова. И ребята заторопились. Сейчас сыщика проверяют всеми доступными средствами. Его паспорт с петроковской пропиской хранится в канцелярии замка. Там есть отметки о пребывании в Москве, Богородске, Екатеринбурге и ряде других мест. Там же лежат награды: Знак отличия Военного ордена четвертой степени, светло-бронзовая медаль за Русско-турецкую войну и Аннинская медаль. Награды и документы к ним подлинные и не должны вызвать подозрений. Надо терпеливо ждать и не совершать сомнительных поступков. Алексей даже отказался от свиданий с Арфиным. Тот сам здесь человек новый, его могут так же проверять. И «демон» бездельничал.