Книга Месть – блюдо горячее, страница 58 – Николай Свечин

Мужчины в городах, вы увидите это на улицах, с утра до вечера сидят в кафанах, по-нашему в кофейнях, и говорят только о политике. Общее мнение такое: без русских мы продержимся четыре, даже пять месяцев. Наша армия храбрая и хорошо обученная. За эти месяцы неравной борьбы (они понимают, что Двуединая монархия многократно их сильнее) европейские народы оценят наш подвиг и придут на помощь. Майка Русия^[45] окажет боевую помощь, а Франция – финансовую. Так и победим.

Лыков-Нефедьев не удержался и спросил:

— Господа, а нам-то для чего нужна эта война? Ведь столько людей погибнет.

Полковники накинулись на штабс-капитана, как коршуны.

— Мы великая держава и обязаны нести свой крест, даже если это будет стоить нам больших жертв! – воскликнул Артамонов.

— Две пощечины от Габсбургов, и безответных! – вторил ему Продан. – Раскатаем австрияков в тонкий лист, хватит их терпеть. Турция рассыпалась, как карточный домик, стоило только тряхнуть. Так же рухнет и Дунайская империя.

— А Проливы?! Как Россия станет развиваться без контроля над ними? – продолжил военный агент.

Павел остановил его:

— Что нам даст контроль над Босфором и Дарданеллами? Одну зависимость мы поменяем на другую, только и всего. Ну, выйдем из бутылки Черного моря. И попадем в бутылку моря Средиземного. Из которого два выхода, а не один, но оба находятся в руках англичан: Гибралтар и Суэцкий канал. Вы думаете, они для нас будут лучше турок?

— А как же, – кивнул Виктор Алексеевич. – Мы с ними в одном военно-политическом блоке. А с османами в разных.

— Мой брат-близнец Николай Лыков-Нефедьев служит по секретной части в Персии. И говорит, что англичане это такие друзья, что после них и врагов не надо.

— Все в прошлом! – отрезал военный агент. – Теперь мы по одну сторону. Закончим войну победоносно – как союзники смогут отказать нам в праве на Проливы? Да никак!

Павел понял, что пора менять тему разговора:

— Хорошо, вам виднее, не буду спорить. Но мне надо сделать анализ возможностей сербской армии. Каким образом? Идти к Гартингу? А он не пошлет меня куда подальше, например в Министерство Войно^[46]?

— Туда пошлю вас я, и прямо сейчас, – добродушно заявил Артамонов. – Дам письмо на своем бланке, что вы русский офицер и выполняете официальное поручение начальства. Этого хватит. А начать вам, Павел Алексеевич, следует с майора Танкосича.

— Воислав Танкосич – правая рука Димитриевича-Аписа, – поддержал второй полковник первого. – Необузданный – страх. Вспыльчив как порох. Однажды даже надавал тумаков королевичу Георгию! Майор сейчас одно из главных лиц сербской политики. Познакомьтесь с ним и притритесь, он сообщит вам все необходимые сведения.

— А сам Апис?

— Драгутин Димитриевич скоро пойдет на повышение, – блеснул осведомленностью военный агент. – Он стажировался в германском Большом Генеральном штабе и произведен в подполковники. С нынешней должности начальника штаба кавалерийской дивизии Апис перемещается в начальники Осведомительного отдела сербского генштаба. Отдел, понятное дело, занимается разведкой… Апис – лицо, закрытое для общения. Только если сам захочет с вами познакомиться, а так и не пытайтесь. Человек он, конечно, штучный. В Майской революции три пули в мясо получил – и выжил. Здоровый, как цирковой атлет.