Книга Секретные люди, страница 15 – Николай Свечин

Поручик под видом армянского торговца выехал к границе в сумерках. Жандармы хорошо его знали и пропустили без досмотра, только выпросили себе коробку табаку. Начальник поста, пожилой малязам^[26], отвел негоцианта в сторону и сказал вполголоса:

— Ты хороший армянин, Ашот. Были бы вы все такие, не нужно вас и убивать.

— А за что нас убивать? – удивился Тер-Егизар-оглы.

Малязам улыбнулся и махнул рукой:

— Да я пошутил. Не принимай всерьез!

Озадаченный торговец оседлал мула и двинулся к Занзаху. За ним Кетак, а дальше уже российская земля, селение Кара-урган… «Что за глупые шутки в голове у османа, – думал он. – Положение армян в Порте незавидное, их притесняют, а иногда и действительно убивают. В 1896 году в массовых погромах погибло больше ста тысяч человек. В том же году боевики „Дашнакцутюна“ неудачно захватили в Стамбуле Оттоманский банк, взяв 150 человек в заложники, – в ответ толпа убила в столице сразу 8000 армян. А в 1909-м в городе Адане жертвами фанатиков стали 20 000 армян. После этой жуткой резни младотурки-реформаторы договорились-таки с лидерами армянских патриотов, и убийства прекратились. Сейчас ими грешат преимущественно курды. Собственно турки более-менее терпимы, жить, как говорится, можно. Загадка…»

В середине октября в горах уже было холодно, а на перевалах выпал первый снег. Замотав голову башлыком, одинокий путник спешил побыстрее выбраться к своим. Вдруг, когда он проезжал Зивинские высоты, на тропе его остановили двое аскеров.

— Стой! – крикнул тот, что был выше ростом. – Слезай!

Ашот спешился и полез было за пазуху, дать караулу бакшиш. Однако второй солдат выставил вперед штык:

— Ты армянин?

— Да, уважаемый, я торговец Тер-Егизар-оглы, меня тут всякий знает. А в чем дело?

— Армянин… – повторил аскер, обращаясь уже к долговязому приятелю. – Что я говорил? Самое время.

И внезапно ударил негоцианта штыком в грудь.

Обычный человек не успел бы даже сообразить, что происходит. И умер на месте. Однако туркам сильно не повезло. Поручик Лыков-Нефедьев к обычным людям не относился и был готов к любым ситуациям. Он увернулся от выпада, забежал за своего мула и визгливо закричал:

— Что ты делаешь?! Я откуплюсь, заплачу, сколько скажешь.

Под бешметом у него был спрятан маузер, но разведчик не хотел стрелять. А главное, он еще не понял, почему на него напали обычные солдаты. В диком происшествии следовало сперва разобраться, прежде чем принимать крутые меры. Но турки не собирались отпускать добычу. Высокий аскер ответил с насмешкой:

— Конечно, откупишься. Только мы заберем весь кошелек.

— Вместе с твоей жизнью, – хохотнул тот, что был пониже. И они напали на армянина с двух сторон.

Дальше все произошло очень быстро. Николай ловко отскочил в сторону, схватил в охапку сразу обоих и сильно приложил головами друг об друга. Этому приему его научил отец. Ребята с воплями плюхнулись на землю. Через секунду разведчик заколол их спрятанным в рукаве коротким кинжалом. Осмотрелся, не видел ли кто расправы. Потом взял убитых за ворота и потащил к оврагу. Тут обыскал, полистал солдатские книжки. 18-й полк низама^[27], первый батальон, вторая рота… Помнится, этот полк входит в 29-ю пехотную дивизию 9-го армейского корпуса. Совсем недавно он стоял в Гассан-Кале! А теперь почти на русской границе, в десяти верстах от нее. Все один к одному: вот-вот начнется война.