Книга Горячее Белое море, страница 65 – Николай Свечин

— А вы знаете, сколько мне в месяц отпускают на агентурную работу? — сердито ответил ротмистр. — Сорок один рубль и шестьдесят семь копеек. Какую агентуру я могу завести на эти деньги?

Сыщики ушли расстроенные.

Была середина июля. Городская управа, наконецто, обустроила купальни, чтобы архангелогородцы и гости могли окунуться в реку и погреться потом на солнышке. Также еще в июне управа запустила трамвай. Он ходил по Петроградскому проспекту от Архиерейской улицы до больницы Красного Креста. Поездка туда и обратно стоила десять копеек. Первоначально на линии катались всего восемь вагонов, по четыре в каждую сторону. Горожане быстро полюбили новый транспорт. Сборы намного превысили ожидания специалистов. Как ни странно, появление трамвая не вызвало всплеск карманных краж, как это бывало в других больших городах.

Архангельск был также озабочен строительством йодного завода, на котором собирались перерабатывать съедобные морские водоросли. Великая война косила людей ежесекундно. Все пригодные для размещения лазаретов помещения были заняты, в городе их насчитывалось шестнадцать. Даже при доме губернатора, винном складе и мореходном училище оборудовали такие лазареты. С фронта туда подвозили раненых и увечных, их надо было кормить и выхаживать. Врачи утверждали, что употребление в пищу агар-агара ускорит выздоровление.

А с пищей становилось все хуже и хуже. Даже в действующей армии не хватало самого необходимого. Первыми это поняли на Северном фронте. Его командующий через силу отдал непопулярный приказ: «Ввиду недостатка мяса и рыбы приказываю уменьшить дачу этих продуктов до полуфунта^[74] в день на человека для всех тыловых частей, учреждений и заведений в армейских районах, сохранив дачу в ³/₄ фунта только для строевых частей и их штабов до корпусного включительно. Одновременно дачу хлеба чинам, коим уменьшается дача мяса, увеличить на ¹/₄ фунта».

Вскоре подобные приказы охватили уже всю страну. Срезали норму выдачи сахара фронтовикам: вместо прежних 18 золотников в день начали выдавать 12^[75]. Остальную норму выплачивали деньгами по цене 7 рублей 12 копеек за пуд. Уменьшили и дачу мяса, заменив его рыбой. Причем объявили, что свежая и соленая рыба заменяют мясо в равном весе, а вяленая из расчета 73 золотника за фунт^[76]. Повсеместно ввели вторую постную варку в неделю. Урезали суточную дачу курева, теперь его полагалось всего 4 золотника^[77]. Некурящим прежде тоже выдавали табак, и они успешно обменивали его у товарищей на нужные им предметы. Теперь же таким дельцам платили деньги из расчета 9 рублей 60 копеек за пуд, то есть сущие гроши.

Не хватало решительно всего. Артиллерийское ведомство объявило, что ему требуется ветошь, а она совсем пропала. Велено было собрать негодное солдатское холщевое и хлопчатобумажное обмундирование и не продавать его, как раньше, тряпичникам, а сдать в интендантский вещевой склад.

Следом вышло Высочайшее повеление: прекратить отпуска нижним чинам всех частей войск! Даже тем, кто находится в лечебных заведениях и в командах выздоравливающих, как на театре военных действий, так и вне такового. Чтоб к 1 октября все были на местах своей службы! Армия роптала…

Почтовое ведомство тоже добавило новаций. Вышло распоряжение, что преимущества в порядке приема, передачи и доставки телеграмм имеют лишь подаваемые с надписью «военная». Прочие отметки: «оперативная», «экстренно», «вне очереди» — прекращаются.