Книга Темные гастроли, страница 99 – Валерий Шарапов

Девяткин уступил место рядом с водителем Мусаеву, сам, потеснив оперативников, втиснулся на заднее сиденье, и колонна тронулась в путь. По поселку они ехали минут десять, затем свернули в боковой проулок, который заканчивался тупиком, и там остановились. По сигналу майора все вышли из машин. Из затененных кустов к ним вышел участковый.

— Майор Девяткин? Я лейтенант Грачев, — протягивая руку, представился он. — Дом под наблюдением, во двор мы не входили.

— Правильно сделали, лейтенант, — похвалил Девяткин. — Где ваши люди?

— Лейтенант Юхименко на той стороне, перед домом. Обосновался на участке соседей. Старшина Зацепин охраняет дорогу к лесу, — отчитался Грачев.

— Вот и отлично. Пусть там и остаются, — скомандовал Девяткин. — В операции вы не участвуете, только страхуете. Это ясно?

— Понял, товарищ майор, — козырнул Грачев и отошел в сторону.

Осмотревшись, майор подозвал к себе Мусаева.

— Который дом ваш? — спросил он.

— Во втором ряду, — указал рукой Мусаев. — Тот, что под крышей из оцинкованного железа.

— На этой улице все дома жилые?

— Почти все. Вон тот, беленный известью, сейчас пустой, — Мусаев указал на дом, выходящий торцом в проулок. — У хозяйки дочь родила, так она к ней в город уехала, чтобы на первых порах помочь с ребенком.

— Ваш племянник в доме?

— Нет, мы с доктором его в бане оставили, — Мусаев удрученно покачал головой. — Скажите, что с ним будет? Его снова посадят в тюрьму?

— Для начала его нужно с того света вытянуть, а уж потом судить. — Девяткину не особо хотелось обсуждать сейчас судьбу Джавида-Кумара, но отказать в ответах Мусаеву он не мог. В конце концов, это его стараниями у оперативников появилась возможность взять всю банду.

— Но ведь вы позволите отправить его в больницу? — спросил Мусаев. — Поймите, я ведь не о нем, я о сестре своей беспокоюсь. Каким бы ни был Миран, он ее сын. Сердце матери не вынесет смерти сына.

— Поверьте, Халид, для вашей сестры будет лучше, если Миран не выживет, — выдержав паузу, ответил Девяткин. — Когда она узнает, что творил ее сын, ее сердце разорвется от стыда.

Услышав неприкрытую правду, Мусаев отшатнулся, затем сразу как-то сник и отошел в сторону. Девяткин проводил его сочувствующим взглядом, затем подозвал Губанова.

— Губанов, разведай обстановку, — скомандовал он, и капитан скрылся за соседским забором.

Вернулся он минут через пять.

— Что скажешь? — обратился к нему Девяткин.

— Забор невысокий, — начал доклад Губанов. — Двор пустой, сараи метрах в десяти от дома. По двум стенам окна, все открыты. Вторая дверь выходит на задний двор. Я проверил, она на запоре.

— Что с основным входом?

— На крыльцо поднялся, дверь не заперта, — довольно улыбаясь, сообщил Губанов. — Крыльцо скрипучее, зараза.

— А чего тогда улыбаешься? — не понял Девяткин.

— В доме тихо, — продолжая улыбаться, ответил Губанов. — Я заглянул в крайнее окно, молодчики спят вповалку. По мне, так их из пушки не разбудишь.

— Это хорошо, — заключил Девяткин и начал отдавать команды: — Галаганов, пусть твои ребята занимают позицию позади дома. На них задний двор и крайние окна. Проверишь готовность и присоединяйся ко мне. Червяченко, Малгаджаров, заходите с флангов. Следите за окнами, чтобы никто не выскочил. Губанов, мы с тобой и Галагановым идем в дом. Оружие наготове, без команды не стрелять. Вопросы есть?