Книга Как мы нагибали галактику, страница 57 – Бандильерос

— Это известный нам археотех, — сказал магос, — великолепно!

— Это конечно ещё не всё — машина оснащена множеством самых разных систем. В отличие от вооружённых Тесеев — эта машина изначально спроектирована как боевая, и поэтому сильно отличается от Тесея — она сложнее, её труднее чинить, она раз в тридцать дороже в производстве, её эксплуатация дороже, а о том, чтобы она веками и тысячелетиями работала — и речи идти не может. Это не СШК, вечные и простые механизмы — это настоящая боевая машина, созданная так, чтобы выжать предельные возможности из всех её компонентов. Поэтому особой долговечностью она не обладает, а ремонтопригодность на порядок хуже, чем у конструкций СШК.

— Но в чём тогда смысл? — воскликнул Магос, — ведь именно долговечность и ремонтопригодность позволяют нам выжить. В условиях вечной войны, длящейся тысячелетиями — такая капризная и сложная техника — даст лишь очень недолговечный эффект, да и то — для её обслуживания придётся везти целый штат техножрецов, способных работать со столь сложной машиной.

— Это верно… — согласился я, — наша война не была вечной — мы побеждали и наступал мир. Машины отправлялись в гаражи или в утиль — их разбирали или уничтожали после того, как они отработали свой ресурс.

Магос ужаснулся:

— Вы уничтожали машины?

— А вы что делаете со списанной техникой? Храните её как память?

— Мы чиним то, что можно починить. Что починить нельзя — перековывается в новую технику в мирах-кузнях или на месте.

— Рационально. И в целом, одобряю — эта машина и правда не подходит для серийного производства. Но для работы в моей охране — она подойдёт вполне.

Ассемблер закончил работу — и я подключился к компьютеру Эвереста. Громадная машина села на одно колено, позволяя мне взлететь и забраться ей на спину, чтобы войти внутрь. Я учёл даже дополнительный объём для крыльев — забравшись внутрь, включил передний экран и подключившись к системе синт-мозга Эвереста, почувствовал машину почти как своё тело, или надетую на него броню. Поднялся, сделал пару шагов в разные стороны. И обернувшись, снова вылез из кабины управления.

— Работает, — вскарабкался я по спине на бронепластину за головой машины, — работает, курилка! Так, — я спрыгнул, спланировав вниз, от огромной машины — к тренирующимся ББ.

Внешность у них, конечно, улучшилась — уже не так сильно давила на мозги своей брутальностью. Император был бы в ужасе от таких «невест», которых ему сватает эклезиархия.

— Святой, — канонисса Клементина тут же поклонилась.

— Ну, полно вам, — поднял я её за наплечники, — спокойствие, только спокойствие. Как осваиваетесь? Броня не жмёт?

— Всё прекрасно, святой, — сказала клементина, изрядно похорошевшая после операций и имплантаций, — сёстры в восторге от вашего дара, и молятся ещё чаще!

Ну да.

— Раз всё хорошо — то готовьтесь. Битв я вам не обещаю — на Терре вроде бы на нас никто не собирается нападать, но я хочу, чтобы вы сопровождали меня везде, куда бы я ни пошёл. Кроме уборной, разве что, — фыркнул я, — конечно, убить архонта задача сложная, но я не хочу раздражать имперский культ, выбирая себе в спутники кого-то не из них. Начнётся брожение среди эклезиархии. Брат Доместос! — повысил я голос, — можно вас?

Одарённый мною бронёй серый рыцарь тренировал своих подчинённых — в полусотне метров от ББ, происходила обычная для них тренировка. Эти сумасшедшие круглые сутки либо тренировались, либо сражались. Лейтенант быстро обернулся и пошёл широким шагом в мою сторону.