Книга Как мы нагибали галактику, страница 183 – Бандильерос

Я посмотрел из иллюминатора, который ранее показывал лишь фотонное сияние, на планету — планета была впереди, выглядела она, конечно, не очень красиво. Бывали и нормальные миры — но этот мир-улей — был выжжен. Краткая справка от ВИ корабля сообщала, что планета дважды подвергалась орбитальным бомбардировкам, что сделало её непригодной к жизни — жить вне города-улья — значило верную смерть за несколько недель. Но здесь было много ресурсов, поэтому появились ульи, которые всегда разрушались и строились.

Мы приближались к планете — сизой, на её поверхности издалека был виден улей — даже с высоты орбиты — он казался огромным возвышением. Здесь были загаженные моря, больше похожие на исполинские болота, уверен, в них сливали все отходы тысячелетиями, и теперь там похлеще, чем в котле нургла, могут обитать всякие мутанты — а коснуться этой дряни — верная смерть.

Мы приближались — игнорируя средства высадки, спускались прямо кораблём к исполинскому улью.

* * *

Губернатор планеты расстелился как только мог — такой противной личности я давно не видел! Что самое главное — его сопровождала целая делегация из эклезиархии, аристократии, и его администрации — и некоторые из них явно были затронуты порчей хаоса.

Я это ощущал, а вот остальные не очень — даже инквизитор Селара не чувствовал ереси в них и испытывал простую неприязнь. Наверное, это побочный эффект силы света — как упорядоченный варп, сила света реагирует на проявления хаоса — которые вступают с ней в конфликт. Двое аристократов были по уши замазаны в ереси — и сейчас выглядели и играли как могли хорошо. Прежде, чем они успели кому-либо навредить — я взмахнул рукой и изолировал их телекинезом.

Сила варпа всё лучше и лучше мне давалась — поначалу я мог только грубо вкладывать силу в удары — теперь же старался использовать её чаще и изучать более сложные воздействия.

Двое — мужчина, жирный, и женщина — худощавая как жердь — застыли изваяниями, взмыв в воздух.

— Как плохо, что один я могу чувствовать ересь, — поморщился я.

Планетарный губернатор аж посерел:

— Что вы делаете? Это представители…

В следующий миг они осыпались пеплом.

— Были. Инквизиторы, — повернулся я, — в этих двух очень сильна ересь. Думаю, стоит проверить не только их, но и остальных, и очень тщательно, — я покосился на губернатора. Он выглядел растерянным — потому что быть планетарным губернатором большой торговой планеты — это практически вершина мира и карьеры — и он не привык, чтобы кто-то мог действовать проигнорировав его — даже инквизиция. Поэтому он возмутился:

— Вы… должно быть у вас очень веская причина…

— Заткнись, — поморщился я, — твои ближайшие дружки — еретики и поклонялись хаосу — одно то, что ты немедленно их не осудил и пытаешься защитить — достаточная причина казнить тебя для абсолютного большинства инквизиторов, — посмотрел на него как на вошь, — или ты думаешь, ты незаменим?

Он вздрогнул.

— Я… прошу прощения, я не понял ситуацию сразу, мои глубочайшие извинения!

— Правильно. На всякий случай мы хотели бы проверить финансовую и другую деятельность твоей планеты.

— Конечно, я предоставлю доступ…

— Как будто ты мог помешать, — фыркнул я, — пойдёмте, друзья, посмотрим, что здесь творится.

* * *

Появление Святого — давящего своей невероятной силой — от чего у планетарного кардинала мурашки побежали по спине, а у его свиты — подогнулись коленки. На них словно упала гора, заставив их непроизвольно бормотать молитвы о спасении души и благодарения императору — аналог символа веры в империуме.