Онлайн книга «Терминатор Пепельный фронт»
|
Элоди скинула свой тяжелый рюкзак на пол. Ее руки, залитые кровью и машинным маслом, дрожали мелкой дрожью, когда она открывала клапан и доставала тяжелый, матовый титановый диск Коннора. Она бережно, как величайшую святыню, положила его на край консоли. Затем она вытащила из-за пояса тяжелые армейские кусачки-болторезы и свою верную, погнутую монтировку. Девушка вставила заостренный конец монтировки в технологический паз толстой броневой панели, скрывающей порт, и навалилась всем своим весом, крича от разрывающей боли в пробитом боку. Металл жалобно застонал. Панель поддалась с сухим, громким щелчком, отлетев в сторону и обнажив пучки толстых, пульсирующих агрессивным красным светом оптических кабелей. Элоди достала из кармана свой кустарный оптический мост — тот самый неказистый моток медной проволоки и изоленты с линзой от старого осциллографа, который она собрала в заброшенной лаборатории CERN. Таймер на центральной голограмме неумолимо мигал, отсчитывая секунды до конца истории: 03 МИНУТЫ 45 СЕКУНД. Ей нужно было физически, грубо, своими собственными руками перемкнуть локальную сеть базы с ядром машины времени, чтобы впустить вирус Коннора, который уже ждал в периферийной сети после снятия первых двух печатей на верхних ярусах. Она перекусила болторезами защитную тефлоновую оплетку магистрального кабеля ядра. В глаза ударил слепящий, агрессивный красный свет — чистый информационный поток Скайнета. Девушка подключила штекер титанового диска к кустарной линзе своего переходника. Затем она вставила вторую часть своего моста в разъем локальной сети, который она активировала ранее. И, наконец, она голыми руками, стиснув зубы от обжигающих статических разрядов, бьющих из оптоволокна, прижала линзу с вирусом вплотную к обнаженному, пульсирующему нерву Хроносферы. — Ну давай, Джон… — прошептала Элоди, щелкая тумблером питания на батарее тактического фонарика, подключенной к диску. — Сделай то, что ты умеешь. Уничтожь их. Магнитный привод внутри титанового корпуса взвыл на высокой, почти ультразвуковой частоте. То, что произошло дальше, было визуализацией абсолютного, неконтролируемого цифрового насилия. Голографические экраны вокруг Элоди, до этого мерцавшие идеальным, упорядоченным машинным красным цветом, внезапно пошли крупной, хаотичной рябью. Сквозь безупречную, выверенную архитектуру Скайнета, словно кислота, прожигающая стекло, начал прорываться агрессивный, рваный, ядовито-зеленый цвет. Вирус Коннора. Оцифрованная ярость человечества, написанная гениями в радиоактивных подвалах разрушенной Америки, столкнулась с защитными протоколами величайшего творения Скайнета. Зал управления содрогнулся. Инфразвуковой гул Хроносферы за бронированным стеклом потерял свой ровный, гипнотический, математический ритм. Он превратился в надрывный, аритмичный, визгливый кашель колоссальных перегруженных конденсаторов. На центральной голограмме красные векторы, указывающие на 1984 и 1995 годы, начали судорожно дергаться, искажаться и менять свои координаты с безумной скоростью. «ВНИМАНИЕ. КРИТИЧЕСКОЕ ВНЕДРЕНИЕ АНОМАЛЬНОГО КОДА.» — красные буквы на экранах отчаянно боролись с зелеными строками. «ФАЕРВОЛ ТЕМПОРАЛЬНОГО ЯДРА ПРОРВАН. НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЙ ДОСТУП.» «СИНХРОНИЗАЦИЯ ТЕМПОРАЛЬНЫХ КОЛЕЦ: КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА. УТРАТА КОНТРОЛЯ МАССЫ.» |