Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 367 – Джон Сан

Она была хакером. Инженером связи. Тем, кто искал уязвимости в программном коде и проводах. А эти машины, какими бы совершенными, блестящими и неудержимыми они ни казались, представляли собой просто шагающий аппаратный код. Механизм, подчиняющийся законам проводимости и сопротивления материалов.

Ее взгляд, предельно обостренный колоссальным выбросом адреналина, заметался по техническому мостику.

Балкон был узким — не более двух с половиной метров в ширину. Пол состоял из толстой, индустриальной чугунной решетки, сквозь ячейки которой просвечивало багровое зарево нижних уровней. А прямо под этой решеткой, в глубоком техническом желобе, прикрепленном к стене, проходили кабели.

Толстые, с руку толщиной, магистральные силовые кабели.

Именно они питали колоссальные магнитные резонаторы в зале инкубации внизу — те самые резонаторы, которые удерживали тонны жидкого полимиметического сплава в подвешенном состоянии. Напряжение в этих кабелях исчислялось не сотнями, а десятками тысяч вольт постоянного тока.

— Вы хотите физику… — прошипела Элоди. Ее лицо, перемазанное сажей и белой костяной пылью, исказилось в жуткой, звериной гримасе, которую сам Эш счел бы пугающей. В этот момент в девчонке-связистке проснулся монстр Пепельного фронта. — Вы ее получите.

Т-800 занес свою правую руку, сжатую в идеальный хромированный монолит, для сокрушительного удара сверху вниз.

Элоди не стала пытаться закрыться или отползти в сторону. На узком балконе увернуться от машины было невозможно. Она сделала то, чего алгоритм самосохранения Скайнета никак не мог спрогнозировать в действиях истекающей кровью органики. Девушка бросилась не в сторону от удара, а прямо под ноги надвигающемуся инфильтратору.

Она проскользнула на животе по гладкому металлу, содрав кожу на локтях до мяса, проскочив прямо между широко расставленными, массивными стальными столбами ног терминатора.

Удар хромированного кулака обрушился в стену там, где она только что сидела. Полимерная обшивка и скрытый под ней бетон взорвались, выбив глубокую, полуметровую кратерную вмятину. Осколки брызнули во все стороны.

Элоди оказалась у них за спиной. Но она не стала бежать к лестнице, ведущей обратно в зал инкубации.

Девушка одним слитным движением выхватила с пояса тяжелые армейские кусачки-болторезы — единственный инструмент, который у нее остался.

Она упала на колени прямо над центральным желобом. Ее пальцы, онемевшие от холода, скользкие от крови и пота, просунули мощные стальные губки болтореза сквозь широкие ячейки чугунной решетки пола.

Она нащупала ближайший толстый, покрытый желтой тефлоновой изоляцией силовой кабель магнитного резонатора.

— Давай! — Элоди навалилась на длинные ручки болтореза всем своим весом, используя массу плечевого пояса и груди.

Сломанные ребра протестующе заскрипели, изо рта вырвался короткий, высокий, болезненный крик, но она продолжала давить, вжимая инструмент в металл.

Два терминатора, зафиксировав исчезновение цели из зоны прямого поражения, мгновенно развернулись на сто восемьдесят градусов. Это движение, лишенное человеческой инерции, заняло у них ноль целых и три десятых секунды.

Они увидели биологическую единицу, стоящую на коленях и совершающую алогичные деструктивные действия с половым покрытием и коммуникациями.