Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 323 – Джон Сан

Одежда Элоди, еще час назад промерзшая до состояния ледяной брони на плато, теперь превратилась в горячий, удушающий компресс. Пот заливал глаза, разъедая их солью. Волосы прилипли к лицу.

Но хуже всего была рана на боку.

Полимерный гидрогель Оксаны, спасший ей жизнь в катакомбах и выдержавший мороз Зоны Смерти, не был рассчитан на такую жару. Влага внутри геля начала испаряться, полимерная структура разрушалась. Корка превратилась в липкую, тягучую пасту, которая начала сползать.

Каждый шаг отзывался острой, режущей болью под ребрами, словно Инквизитор всё еще держал там свои стальные когти. Элоди чувствовала, как теплая, свежая кровь медленно просачивается сквозь гидрогель, пропитывая термобелье и тяжелую ткань куртки.

Она прижала левую руку к боку, пытаясь физически удержать кровь внутри себя.

Спустя двадцать минут блуждания по путанице труб и вентиляционных коробов, она нашла то, что искала.

В полу технического туннеля зияла квадратная сервисная шахта, уходящая вертикально вниз. Внутри нее, вмонтированные прямо в бетон стены, виднелись П-образные стальные скобы. Это был спуск на следующий, обитаемый уровень базы.

Элоди перекинула ноги через край и начала спуск.

Двигаться с одной свободной рукой, когда вторая намертво зажимала кровоточащий бок, было пыткой. В абсолютной темноте шахты она двигалась на ощупь. Ее ботинки скользили по металлу скоб.

Она спустилась метров на пятнадцать, когда шахта закончилась глухой, решетчатой вентиляционной панелью. Сквозь ячейки пробивался ослепительно-белый свет.

Девушка осторожно опустилась на решетку и прижалась к ней лицом, глядя вниз.

Под ней раскинулся один из главных логистических коридоров «Эдельвейса».

Зрелище было пугающим в своей безупречности. Коридор шириной в десять метров был залит ровным, хирургическим светом, не дающим теней. Стены и пол были облицованы идеальным, белоснежным полимером. Ни единой пылинки. Ни единого пятна. Словно внутренности исполинского, мертвого космического корабля.

Элоди надавила плечом на решетку. Магнитные замки, не рассчитанные на проникновение изнутри вентиляции, слабо щелкнули. Решетка сдвинулась.

Она аккуратно, стараясь не издать ни звука, отодвинула металлическую панель в сторону и тяжело, не удержав равновесия, спрыгнула на белоснежный пол коридора.

Удар ботинок о полимер прозвучал в идеальной тишине как выстрел. Элоди упала на колени, едва не закричав от боли в боку.

Она замерла, вжавшись в пол, ожидая, что прямо сейчас из стен выдвинутся лазерные турели, а из-за угла выйдет отряд тяжелых Т-600.

Но ничего не произошло. Коридор был пуст.

Элоди медленно поднялась на ноги. Она посмотрела на пол под собой.

То, что она увидела, заставило ее сердце пропустить удар.

Ее ботинки, покрытые въевшейся грязью Диких земель, костяной пылью парижских катакомб и сажей, оставили на стерильном белом полу два четких, черных, уродливых отпечатка. Но это было не всё.

С ее левого бока, сквозь пальцы, прижимающие рану, на полимер капнула кровь.

Капля. Вторая. Третья.

Ярко-алые, живые, кричащие пятна биологической жидкости на фоне абсолютной машинной белизны. В этом окружении кровь выглядела не просто как грязь. Она выглядела как неопровержимое доказательство инфекции.

Девушка запаниковала. Она понимала логику Скайнета. Эта база была герметичной. Здесь не могло быть грязи. Если сенсоры системы безопасности обнаружат биологическую аномалию, они немедленно поднимут тревогу. Сектор будет заблокирован, и сюда стянутся патрули.