Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 15 – Джон Сан

Сверху, из диспетчерской, донесся чудовищный грохот.

Т-600 открыл огонь. Трассирующие пули калибра 7.62 миллиметра ударили в бетонные стены кармана с силой тысяч кузнечных молотов, высекая фонтаны каменной крошки, кирпичной пыли и слепящих искр. Звук стрельбы в закрытом помещении был настолько плотным и ужасающим, что Эшу на секунду показалось, будто его голову засунули в огромный стальной колокол и бьют по нему кувалдой.

Но этот грохот тут же, в ту же секунду потонул в другом, еще более страшном звуке.

Раздался невыносимо громкий, пронзительный, вибрирующий вой магнитных конденсаторов, достигших критической массы и перегрузки.

Генерал Хэйс не стал стрелять одиночными зарядами. Понимая, что в коридоре за первым терминатором скапливаются десятки тяжелых машин Скайнета, и что обычный огонь их не остановит, он вывел магнитные удерживающие катушки плазмомета далеко за пределы заводских предохранителей. Он вызвал искусственную критическую перегрузку реактора орудия. Он зажал гашетку намертво.

Сверху, в квадратном устье колодца над головой Эша, вспыхнул свет.

Это не был обычный огонь взрывчатки или керосина. Это был ослепительный, кристально чистый, абсолютный белый свет. Энергия маленького, искусственного солнца, высвобожденная в замкнутом пространстве технического кармана. Вспышка была настолько невыносимо яркой, что даже здесь, в десяти метрах под полом, находясь в относительной безопасности шахты, Эшу пришлось крепко зажмуриться, но даже сквозь плотно сжатые веки ударили красные и фиолетовые пятна, а тени на мокрых стенах колодца метнулись вниз с немыслимой скоростью.

Плазма Скайнета, обращенная против него самого, не пробивала дыры. Она испаряла материю на молекулярном уровне. Белый, всепоглощающий огонь захлестнул Т-600 в коридоре, мгновенно и без следа сжигая остатки латекса на его эндоскелете и плавя его сверхпрочную гиперсплавную броню до состояния лужи светящегося белого шлака.

А затем перегруженный реактор плазмомета Хэйса сдетонировал.

Чудовищный, глухой, сейсмический взрыв сотряс всю конструкцию старой станции метрополитен. Физическая звуковая волна плотного сжатого воздуха ударила вниз по узкой канализационной шахте, сработав как гигантский поршень. Она выбила весь воздух из легких Эша, лишив его возможности дышать, и с такой силой ударила его по плечам, что он едва не разжал пальцы и не сорвался со скоб в бездну. Сверху, следом за ударной волной, посыпался град раскаленного, крошащегося бетона, кусков искореженной арматуры и капель расплавленного металла, шипящих в сырости колодца.

Многотонный железобетонный потолок технического кармана не выдержал энергии взрыва и обрушился. Миллионы тонн земли и камня просели вниз, навсегда хороня под собой тело генерала Хэйса, расплавленные останки терминаторов Скайнета и сам сектор Б-4.

Проход был намертво закрыт. Устье шахты над головой Эша засыпало плотным слоем камней и земли, навсегда отрезая отряд «Вангард» от горящего, мертвого бункера «Сохо».

Эш тяжело висел на скобах в абсолютной, кромешной, почти осязаемой темноте. Свет мигающих аварийных ламп навсегда остался там, наверху, под завалами. Звуки страшного боя мгновенно стихли, отсеченные толщей земли, сменившись лишь глухим, шуршащим шумом осыпающейся породы. В ушах Эша стоял непрерывный, пронзительный, высокий звон от контузии, но постепенно сквозь эту завесу к нему начали пробиваться звуки живых.