Книга Восхождение Морна. Том 11, страница 142 – Сергей Орлов

И… само собой, что Гвардеец подвёл всех в самый ответственный момент. Капля сползла до половины, зацепилась за скол на грани, замерла — и медленно, издевательски испарилась на глазах у трёх десятков человек, поставивших на неё в общей сложности сотни полторы золотом.

Над баром пронёсся такой стон, какого не слышала ни одна рулетка этого заведения. Кто-то потребовал вернуть ставки на том основании, что бокал бракованный. Кто-то предложил бокал разбить. Бармен грудью заслонил Гвардейца и заявил, что это имущество заведения и он не даст его в обиду!

Я же поднял глаза и обнаружил, что половина игрового зала стоит спиной к столам.

Крупье с ледяными лицами напрасно метали карты в пустоту — их столы стремительно пустели. Колесо рулетки вертелось исключительно само для себя, потому что даже толстые купцы, ещё час назад сорившие золотом, теперь азартно пихались локтями у нашей барной стойки. Коробьин стоял у мраморной колонны, наблюдал за этим стихийным бедствием и медленно наливался густым цветом выдержанного вина. Ему отчаянно не нравилось, что весь зал забил на игру Оценщиков и переключился на меня, но сделать с этим он ничего не мог.

Иногда такие мелкие, наглые победы греют душу куда сильнее крупных стратегических успехов.

И именно в этот момент — светлый, глубоко идиллический и пропитанный алкогольной гармонией — прямо над залом раздался оглушительный громкий хлопок.

Вся толпа синхронно задрала головы вверх.

Под самым потолком, метрах в трёх над игровыми столами, величественно качалась гигантская трёхъярусная хрустальная люстра. А прямо на ней, мертво вцепившись когтями в бронзовый обод и победно распахнув крылья во всю ширь, гордо восседал Сизый.

— БРАТАНЫ! — проорал этот пернатый демон на всё казино, да так, что хрустальные подвески отозвались тонким, испуганным звоном. — СМОТРИТЕ, КАК Я МОГУ!

— Он же… вроде почти не пил? — растерянно пробормотал кто-то из купцов рядом со мной.

И это было абсолютной правдой — я лично запретил Сизому напиваться. Только вот ему это и не требовалось, ведь для абсолютного, искреннего счастья Сизому вполне хватало самого факта наличия публики.

Дальнейшее безумие по праву должно было войти в закрытую историю «Золотого дома». Пернатый оттолкнулся от бронзового обода, взмахнул крыльями и совершил то, что сам он, без сомнения, считал гордым полётом свободной птицы, а любой честный очевидец — банальным падением, слегка растянутым во времени за счёт судорожного махания.

Он спикировал прямо над карточным столом, смахнув две сочные башенки фишек, заложил крутой вираж вокруг мраморной колонны, чудом разминулся с пышной причёской какой-то дамы и, стремительно теряя высоту, ушёл на второй круг с восторженным воплем: «Я ЛЕЧУ, БРАТАНЫ!»

Зал взревел от полного восторга.

Не прошло и десяти секунд, как прямо в толпе у стойки начали наперебой принимать ставки: долетит этот пернатый снаряд обратно до люстры или не долетит, сядет нормально или эффектно впишется в стену. На «впишется» давали щедрые три к одному, но мой приятель-капитан орал и уверял всех, что точно «долетит».

И как ни странно, Сизый долетел. Он намертво вцепился когтями в обод, качнув всю многопудовую хрустальную махину так, что по залу прошёл тревожный перезвон, и с высоты торжествующе проорал: