Книга Восхождение Морна. Том 9, страница 2 – Сергей Орлов

Громобой одним коротким движением вернул руку обратно на колено и взглянул на Гнедича так, как смотрит хозяин на собаку, которая прыгнула на свежевыглаженный сюртук.

— Вы совсем обалдели? Держите себя в руках, иначе я передумаю.

Бедного коменданта снова накрыло. Лицо опять пошло пятнами, дыхание перехватило, и он торопливо отдёрнул руки, как будто это не он, а кто-то другой только что собирался целовать архимагу пальцы.

— П-простите, господин архимаг! Я… я просто… я не…

— Я понял, — оборвал его Громобой. — Сядьте ровно и дышите. У нас ещё много вопросов впереди.

Гнедич послушно вжался в спинку сиденья и принялся усердно дышать — медленно, глубоко, как будто впервые в жизни осваивал этот несложный процесс. Лицо постепенно возвращалось к нормальному цвету, но руки он на всякий случай сцепил в замок на коленях. Чтобы, видимо, у этих самых рук больше не возникало никаких самостоятельных идей.

Я мысленно хмыкнул. У бедолаги за эти несколько минут, наверное, раз пять вся жизнь перед глазами пролетела. Сначала надежда на повышение, потом ледяной душ — должность остаётся, но над тобой ставят пацана. Потом облегчение и эйфория от возможной награды. И, наконец, ужас от того, что в порыве этой самой эйфории он чуть не наделал глупостей, за которые его могли бы лишить вообще всего и сразу.

Впрочем, винить его за это я не собирался. Гнедич — мужик умный и изворотливый, иначе он бы столько лет на этой должности не просидел. Просто сложно сохранять холодную голову, когда у тебя в карете сидит архимаг, способный одной своей фразой решить всю твою дальнейшую судьбу.

И, если разобраться, такой Гнедич мне был как раз удобен. Опытный, осторожный, прекрасно знающий, кто где что подписывает, у кого какие связи в городе и кому надо вовремя занести, чтобы дело шло гладко. Плюс ко всему — в случае, если я приму это предложение, исчезала необходимость платить ему процент за всё то, о чём мы с ним договаривались по торговой части. Теперь вся эта работа автоматически становилась его прямой обязанностью.

А то, что у Гнедича сейчас перед глазами появилась морковка в виде перевода — так это вообще подарок. Мужик теперь будет рыть носом землю, лишь бы наш тандем сработал и Громобой выполнил своё обещание.

Громобой удовлетворённо качнул головой и продолжил тем же ровным тоном:

— Ну вот и отлично. Раз с этим разобрались, можем переходить к деталям. Сразу скажу, что Император готов выделить…

— Господин архимаг, — спокойно перебил я. — Я ещё не дал своего согласия.

В карете повисла гнетущая тишина, которую нарушал только тихий скулёж Гнедича. Бедняга несколько раз моргнул, потом уставился на меня с выпученными глазами, и на лице у него читалась одна конкретная мысль: «Парень, ты совсем рехнулся? Отказывать архимагу… из Длани… самого Императора!».

Громобой же медленно выдохнул через нос. Похоже, такого поворота он действительно не ожидал. Полагаю, за всю свою службу в Длани архимаг вообще никогда не слышал отказа — обычно люди на его предложения соглашались ещё до того, как он успевал его озвучить. И судя по тому, как он на меня смотрел, отказа он не собирался принимать и в этот раз.

Только вот я не верный пёс Империи, чтобы кидаться выполнять любое задание, не разобравшись в деталях. Пусть сначала объяснит свои мотивы и мои обязанности, а уже потом мы сможем подумать, как быть полезными друг другу. В конце концов, если я за обычную поездку во Вьюжный выторговал торговые преференции, то почему бы и здесь не урвать кусок пожирнее?