Книга Восхождение Морна. Том 8, страница 93 – Сергей Орлов

Я остался сидеть на кровати у стены. Бутылка вина по-прежнему стояла у меня в ногах. Подниматься я не стал, ноги после всей сегодняшней беготни уже сами решили, что хватит с них на сегодня геройства.

Надя коротко кивнула мне у порога, не задерживаясь, прошла прямо к креслу с Розой. Не садилась, не суетилась, не охала. Просто склонилась над здоровым плечом, аккуратно отвела ворот платья и посмотрела на то место, куда лекарь полчаса до этого втирал свою травянистую дрянь.

— Так, — сказала она негромко. — Дайте больше света, кто-нибудь.

Марек, не дожидаясь повторной просьбы, шагнул к низкому столику у стены, подхватил оттуда магический светильник и поднёс его ближе к креслу. Светильник у него в руке отозвался ровным тёплым свечением, разгораясь сильнее по мере того, как Марек его наклонял, и через секунду над плечом Розы лёг плотный круг жёлтого света, в котором стало видно каждую складку кожи и каждый волосок на её виске. Надя кивнула ему, мол, нормально, держи так, и в этом круге света наклонилась к шее Розы вплотную.

И в этом же круге света я наконец смог разглядеть то, что до сих пор видел только через Оценку. В обычном зрении чёрная нитка выглядела совсем по-другому. Это была не нитка, а тонкая разветвлённая жила, тёмная до синевы, шедшая от точки под челюстью Розы вниз, обходившая ключицу с внутренней стороны и уходившая под платье. И от этой жилы отходили мелкие усики, тоньше волоса, на которые при обычном беглом взгляде внимания бы никто и не обратил, но в плотном жёлтом свете магического светильника они проступали отчётливо, как сетка трещин на старой эмали.

Надя смотрела на эту жилу пару секунд молча. Потом выпрямилась.

— Это точно проклятие на основе чёрной свивки, — сказала она ровно. — Саму свивку я в работе видела один раз в жизни, и больше видеть не хотела бы. Узор от неё ни с чем не перепутаешь, а тут поверх него ещё и магия легла. Работал кто-то, кто хорошо знает, с чем имеет дело.

Она повернулась ко мне.

— Зелье у меня с собой. По описанию ходока, оно эту дрянь нейтрализует. Но я никогда не видела, чтобы его применяли. И, честно говоря, я бы предпочла проверить на маленьком участке, прежде чем спаивать ей полную дозу.

Я кивнул.

— Делай, как считаешь нужным.

— Тогда мне нужно остаться с ней наедине. Все остальные — за дверь.

Я мысленно вздохнул. Видимо, сегодня у этой комнаты день такой — людей пускают и выпускают, как через турникет.

— Слышали? — сказал я. — Виктория, Марек, наружу. Я тоже выйду, если Надя скажет.

Надя на меня посмотрела, секунду подумала.

— Ты останься. Нужно будет её придержать…

Виктория и Марек вышли. Виктория, разумеется, на пороге задержалась на лишнюю секунду, как бы между делом окинула комнату взглядом, отмечая взаимное расположение всех присутствующих, и только потом закрыла за собой дверь.

Эх… Никакого доверия.

Надя достала из сумки две маленькие склянки. Одна была мутно-зелёная, вторая — почти чёрная, и когда она её слегка взболтнула, внутри что-то тяжело перекатилось.

— Сначала обезболивающее, — сказала она, поворачиваясь к Розе. — Будет очень больно. Свивка — это всегда боль, по-другому с ней никак, потому что само зелье работает через эту боль, разрывая через неё связь яда с твоими магическими каналами. Обезболивающее её не уберёт совсем, но хотя бы притупит. Главное, чтобы ты не потеряла сознание раньше времени.