Книга Восхождение Морна. Том 8, страница 70 – Сергей Орлов

А долго висеть в нематериальности он тоже не мог. Способность у него явно ограниченная по времени. Я-то вообще предполагал, что нематериальность сама собой схлопнется через секунду и вернёт его в обычное состояние. Но, похоже, удерживать себя в этой полупрозрачной форме он умел дольше, чем я рассчитывал. Правда, ценой того, что в этой форме он стоял абсолютно неподвижно.

Третья секунда. Защита соскочила, как сорвавшаяся с резьбы шестерёнка. И вся та белая раскалённая дрянь, что накопилась в центре, прорвалась наружу.

От излучения у меня дёрнулась кожа на лице. Я успел подставить переднее крыло между собой и эпицентром, и оно приняло волну на себя — Роза за моей спиной осталась нетронутой. Вторым крылом я махнул в сторону, прикрыв Марека и Алису сразу. Себастьян, не теряя времени, ухватился зубами за рубашку Феликса и одним рывком стащил его с кровати.

А дальше бахнуло.

Воздух в эпицентре будто схлопнулся сам в себя, выпустил наружу плотную оранжевую вспышку, и комнату прошило такой яркой волной, что на секунду весь мир сжался до одного-единственного слепящего пятна. Стены содрогнулись. Канделябр сорвался с кронштейна и звонко рухнул куда-то в угол. По штукатурке потолка прочертился широкий чёрный след, белый дым тяжёлым облаком пошёл вверх, и в ушах коротко зазвенело.

Я держал крылья и ждал.

Сердце колотилось в горле. Получилось… Получилось же, чёрт побери! Сейчас дым рассеется, и от этого товарища в плаще не останется ничего, кроме обугленного пятна на ковре. И я, наконец, смогу выдохнуть.

Но когда дым рассеялся, Тень всё так же стоял на прежнем месте.

Вот сволочь… На ногах удержался, и, судя по всему, остался вполне себе живым, пусть и изрядно потрёпанным. Зато на тёмной ткани плаща, прямо посередине груди, расплывалось мокрое тёмное пятно крови…

Я не удержался от короткой улыбки. Всё-таки достал. Достал-таки этого гада, со всеми его защитами и хитростями!

— Превосходно, — обронил я. — Получается, тебя всё-таки можно поранить. А я уже было засомневался.

Тень промолчал.

А Себастьян не стал ждать ответа и чёрной молнией сверкнул по комнате, оттолкнулся лапой от спинки кресла и пошёл на Тень с фланга. Он целился прямо в горло, чтобы завершить начатое одни ударом.

Сработано чисто. По всем правилам Тени уже полагалось лежать с распоротым горлом.

Только вот эта тварь в плаще соображала ничуть не хуже моего кота.

Я уловил движение его кисти. Короткое, отточенное, без замаха. Клинок, который он уже держал в руке, мгновенно развернулся в сторону Себастьяна — острием вперёд, прямо навстречу прыжку. Чисто, без лишнего движения, как у человека, который этот разворот отрабатывал тысячи раз. Через мгновение лезвие пришлось бы коту точно в шею.

Себастьян этого видеть не мог: он уже был в прыжке, в той самой точке, где остановиться или сменить траекторию невозможно.

И вот тут моя новенькая фишка с крыльями неожиданно пригодилась — в качестве щита.

Я махнул обоими крыльями вперёд, и они захлопнулись вокруг меня и Себастьяна плотным огненным коконом. Вспышка, короткий хлопок воздуха — и я оказался в нескольких метрах впереди, прямо между Тенью и тем местом, где должен был приземлиться кот. Себастьян врезался мне в грудь горячим, рычащим, упирающимся клубком, и я успел перехватить его, прижать к себе, обернуть крылом.