Книга Восхождение Морна. Том 8, страница 61 – Сергей Орлов

Сложный, сволочь, противник попался.

Но останавливаться и обдумывать это я не стал, потому что инициатива была на моей стороне, и отдавать её сейчас означало проиграть. Я уже шёл вперёд следующей серией. Удар клинком снизу под подбородок, в ту же долю секунды искра ему в глаза, и шаг левой ногой в сторону, чтобы корпус сам развернулся для замаха. Такты я считал на ходу, в голове, и по моим подсчётам серия искр должна была запустить таймер на Размытии. Так что сейчас должна была начаться перезарядка.

И она действительно началась.

Из его правого рукава выскочила узкая полоска стали, и встретила моё лезвие на середине пути жёстким сухим стуком, отбросив в сторону. Движение было коротким, экономным, на одной кисти, без замаха корпусом, как бьёт мастер, у которого каждое движение отработано до автоматизма.

— Догадливый, — произнёс Тень.

Я успел зацепить взглядом руку, которая это сделала, но так и не получил новой информации. Рукав свисал широченным колоколом, под ним угадывалось только запястье и ладонь, обтянутая чёрной тканью без единой складки. То ли мужская кисть с тонкими пальцами, то ли женская с длинными. Кость в запястье то ли широкая, то ли тонкая, под этим балахоном не разобрать.

Зато гипотеза подтвердилась. А ещё стало ясно, что человек напротив меня двигался на таком уровне, до которого мне ещё расти и расти. И раз он до сих пор не вогнал свою полоску стали мне в горло, убивать меня он не собирался.

В голове мелькнула мысль о крыльях, но я тут же её прогнал. Это был главный козырь, который я держал в рукаве, и единственный, который мог реально удивить Тень. Раскрывать его сейчас, в ситуации, где мы с противником просто щупаем друг друга, было бы откровенной глупостью. Тем более что после ночного боя и сцены с Феликсом я и так был практически без сил, и развернуть крылья на полную катушку означало рухнуть рядом с Мареком ещё до того, как успею ими нормально воспользоваться.

Так что драться с ним дальше смысла не было. Он только что показал, что в ближнем бою на одной кисти меня делает, и каждая моя следующая атака в плотном контакте будет приносить мне только новые синяки и пустую трату энергии, которой и так оставалось с гулькин нос.

Я остановился, тяжело дыша, и опустил клинок. Тень тоже не двигался и ждал моего следующего хода. Значит, надо было пробовать что-то совсем другое. И единственный инструмент, который у меня ещё оставался в запасе, был мой собственный дар.

Я направил Оценку в Тень и попробовал заглянуть ему в ядро.

И тут же упёрся в стену. Гладкую, плотную, без единой щели, словно толкнулся лбом в гранитную плиту. У сильных магов, которые умеют закрываться, ядро в Оценке всё равно проглядывается как запертая дверь, через которую при усилии можно подсмотреть хотя бы контур. А тут даже двери никакой не было, один сплошной глухой камень.

А потом этот камень взял и толкнулся в ответ.

Меня крутануло внутри головы так резко, что в висках сразу заломило, а перед глазами на секунду потемнело. Было ощущение, как будто кто-то с того конца схватил мою удочку и со всей дури дёрнул на себя, и я еле успел удержать равновесие. Клинок из руки я не выронил, но кончик его всё-таки прошёл по доске вниз и встал торчком между мной и Алисой.

— Не лезь, — произнёс Тень. Голос искажённый, ровный, без злости или угрозы. Так говорят с ребёнком, который полез проверять плиту в духовке голой рукой. — Я не хочу тебя ломать. Но если ещё раз сунешься в моё ядро, мне придётся это сделать.