Книга Восхождение Морна. Том 1, страница 49 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Нет, я и сам не святоша — в прошлой жизни случалось отправлять дамам сообщения, от которых они краснели и хихикали в трубку. Но там была маленькая разница: они сначала давали понять, что не против. А этот ублюдок, судя по всему, путал «нет» с «уговори меня получше».

Я задул свечу и лёг на кровать, не раздеваясь. Уставился в потолок, прокручивая в голове весь этот безумный день. В какой-то момент мысли начали путаться, расплываться, и я провалился в сон.

Казалось, прошло минут пять.

Проснулся я от ощущения, что мир решил устроить мне персональный ад.

Крики снаружи. Топот копыт по брусчатке. Собачий лай — истеричный, надрывный, такой, каким собаки заходятся, когда чуют что-то очень плохое. Много копыт. Много голосов. Лязг металла.

Прекрасно. Чудесно. Именно так я мечтал начать утро.

Я вскочил с кровати и метнулся к окну, но ставни были закрыты, и я видел только полосы рассветного света в щелях. Снаружи кто-то отдавал команды резким, лающим голосом. Скрип ворот, ржание лошадей, топот множества ног.

Сколько их там? Десять? Двадцать? Судя по шуму — целая армия. Или очень шумный десяток.

Дверь распахнулась без стука.

Марек. Одетый, при оружии, лицо как из камня высечено. За все дни пути я ни разу не видел его таким напряжённым. Даже когда резались с наёмниками, он выглядел расслабленнее.

— Наследник, — голос хриплый, отрывистый. — Корсаков. Он здесь.

Ну конечно. Кто же ещё. Вселенная явно решила проверить, сколько приключений я могу переварить за сутки.

Что ж, пора взглянуть на этого барона-психопата вживую.

Я отодвинул засов на ставнях и распахнул их настежь.

Утренний свет ударил в глаза, и несколько секунд я просто моргал, пытаясь разглядеть хоть что-то. Потом картинка прояснилась, и я присвистнул сквозь зубы.

Двор был забит людьми.

Не пять и не десять — я насчитал больше тридцати всадников, выстроившихся полукругом перед главным входом. Одинаковые кожаные доспехи, одинаковые плащи болотно-зелёного цвета, одинаковые угрюмые физиономии людей, которых подняли ни свет ни заря ради чужих разборок. Построение чёткое, с понятной иерархией — кавалерия в центре, пехота по флангам, пара арбалетчиков чуть в стороне.

Да тут целая армия. Пусть и небольшая.

— А это кто там с бумагами стоит? — я кивнул на тощего мужичка в сером мундире, который топтался на отшибе от основной группы. В руках он сжимал кожаную папку и выглядел так, будто мечтал провалиться сквозь землю.

Марек встал рядом и глянул через моё плечо.

— Городской регистратор, судя по мундиру. Из магистрата.

— И на кой-хрен Корсакову регистратор?

— Чтобы всё было по закону, — скривился Марек. — Что бы этот ублюдок ни задумал, хочет, чтобы выглядело официально. При свидетелях, с печатями и подписями. Чтобы потом никто не придрался.

Замечательно. То есть нас будут убивать не как-нибудь, а с соблюдением всех бюрократических процедур. Это, конечно, сильно утешает.

Я натянул рубашку — возиться с нормальной одеждой времени не было — и пристегнул меч к поясу. Потом снова подошёл к окну и нашёл взглядом того, кто всей этой толпой командовал.

Крупный мужчина на вороном коне, в самом центре построения.

Он был не просто крупным, а по-настоящему огромным. Широкие плечи, бычья шея, руки как два окорока. Но при этом в седле он сидел легко, почти расслабленно, а конь под ним стоял неподвижно, будто каменный. Хороший конь. Дорогой. И явно привыкший к весу хозяина.