Книга Хроники Менталиста 3, страница 85 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Напряжение висело в воздухе, словно грозовая туча, готовая разразиться в любую секунду. Даже охранники замерли, не двигаясь и почти не дыша, будто боялись нарушить концентрацию своего хозяина. Наконец Никонов ослабил телекинетическое давление и физически отступил на шаг. На его губах появилась тонкая, удовлетворённая улыбка.

— Плевать на Волкова, — произнёс он, складывая документы в кожаную папку, которую достал из внутреннего кармана пиджака. — Этот старик мне больше не нужен. Бумаги подписаны, а значит… — он перевёл взгляд на меня, и в его глазах промелькнуло нечто странное, похожее на голод, — ты выполнил своё задание.

Никонов щёлкнул пальцами, и один из охранников немедленно протянул ему конверт — плотная бумага кремового оттенка, запечатанная золотистым сургучом с личной печатью промышленника. Он повертел конверт в руках, словно наслаждаясь моментом, а затем протянул его мне:

— Твоя оплата, — сказал он. — И, должен признать, ты превзошёл мои ожидания. Немногие смогли бы справиться с этим упрямым стариком.

Я принял конверт, ощущая его приятную тяжесть в руке. Бумага была дорогой, с тиснением — не та дешевка, в которую заворачивают деньги в трущобах. Внутри лежала явно внушительная сумма.

— Признаюсь честно, — сказал Никонов, поправляя идеально выглаженную манжету рубашки, — часть меня сомневалась, что ты доведешь дело до конца.

Он стоял так, будто находился в своей стихии — человек, привыкший к власти в каждом помещении, где бы ни оказался. Его массивная фигура заполняла пространство, несмотря на разделявшее нас расстояние. Само его присутствие словно давило на воздух вокруг.

— Заставить человека подписать бумаги против его воли… — он сделал выразительную паузу, — не каждый способен переступить такую черту, даже среди тех, кто привык выживать любой ценой.

Взмахом руки он отослал охранников к дверям. Те беспрекословно подчинились, словно хорошо вышколенные псы. Мы остались вдвоем посреди пустого склада, освещенного единственной тусклой лампой, отбрасывающей причудливые тени.

— Меня интересует, Сокол, — Никонов подошел ближе, и я уловил слабый аромат дорогого одеколона, смешанный с запахом кожи его перчаток, — сложно ли тебе было? Внутренне. Морально.

Я выдержал его взгляд, ни на секунду не показывая тех сомнений, что грызли меня изнутри:

— Работа есть работа. Я сделал то, за что мне заплатили.

Никонов улыбнулся — не широко, а лишь уголками губ, но эта полуулыбка преобразила его лицо, сделав на мгновение почти человечным.

— В таком случае, у меня есть для тебя новые задания, — он произнес это с какой-то интимной интонацией, словно делился секретом. — Более… сложные. И куда более щедро оплачиваемые.

Его пальцы, унизанные массивными кольцами, выстукивали неслышный ритм по крышке своих дорогих часов. Он выдержал драматическую паузу, прежде чем задать вопрос, от которого, как мы оба понимали, зависело мое будущее:

— Ты готов продолжать… Сокол?

Я медленно поднял взгляд. На моих губах появилась ухмылка — та самая, что так часто выручала меня в уличных драках, когда противник был сильнее, а шансы — призрачны. Дерзкая, холодная, с вызовом.

Никонов увидел всё, что хотел увидеть. В тишине заброшенного склада, под тусклым светом единственной лампы, сделка с дьяволом была заключена без единого слова.