Книга Хроники Менталиста 3, страница 113 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

— Следуйте за мной, — произнёс он бесцветным голосом.

Мы прошли через роскошный сад, теперь укрытый снегом, мимо фонтана с замёрзшими струями, похожего на странную ледяную скульптуру. Всё вокруг казалось остановившимся, застывшим во времени — холодная красота, лишённая жизни.

Дворецкий привёл меня не в главное здание, а к отдельно стоящему павильону на краю сада — изящной постройке из стекла и металла, похожей на огромный прозрачный цветок.

— Зимний сад, — пояснил дворецкий, заметив мой интерес. — Господин предпочитает принимать гостей здесь.

Он открыл тяжёлую стеклянную дверь, и меня окутало тепло и влажное дыхание тропических растений. После зимнего холода это было как погружение в другой мир — яркие цвета, странные ароматы, звуки падающей воды.

В центре зимнего сада, на изящной беседке из кованого железа, окружённой экзотическими цветами и миниатюрным искусственным водопадом, сидел сам Корсаков. Его строгий тёмно-синий костюм резко контрастировал с буйством красок вокруг.

Но все мои мысли занимала она. Кристи сидела рядом с Корсаковым, в изумрудном платье, которое делало её похожей на сказочную принцессу. Её волосы были уложены в сложную причёску с жемчужными шпильками, а на шее поблескивало изящное ожерелье. Она выглядела так, словно всю жизнь прожила во дворце, а не в трущобах столицы Империи.

Когда я вошёл, наши взгляды встретились. В её глазах промелькнули облегчение, страх и что-то ещё, более глубокое. Она едва заметно прошептала одними губами: «Прости».

— А, наш долгожданный гость! — Корсаков поднялся, приветствуя меня с неожиданной сердечностью. — Присаживайтесь, прошу вас.

Я не сдвинулся с места.

— Зачем вы её похитили? — спросил я напрямую, глядя на Кристи.

— Похитили? — Корсаков изобразил удивление. — Моя дорогая, скажите своему другу, что вы здесь по собственной воле.

Кристи поджала губы, но промолчала.

— Видите? — Корсаков улыбнулся. — Никто никого не держит. Ваша подруга — моя почётная гостья. Она может уйти в любой момент… теоретически.

Последнее слово он произнёс с особой интонацией, делая всю фразу издевательской. Я сделал шаг вперёд, сжав кулаки.

— Полегче, юноша, — Корсаков поднял руку. — Горячность не поможет. Давайте обсудим всё как цивилизованные люди.

Он указал на свободный стул рядом с Кристи.

— Пожалуйста, присядьте. Чаю?

Я медленно опустился на стул, не сводя глаз с Корсакова. Тот выглядел абсолютно расслабленным, даже довольным, словно всё шло по его плану. Его манеры разительно отличались от того высокомерного аристократа, которого я встретил несколько месяцев назад в ресторане, когда он смотрел на меня как на грязь под ногами.

— Прежде всего, — начал он, собственноручно разливая чай в изящные фарфоровые чашки, что само по себе было удивительно, — хочу принести свои глубочайшие извинения.

— Извинения? — я не смог скрыть удивления. Корсаков и извинения казались понятиями из разных вселенных.

— Да, за наше первое знакомство, — Корсаков передал мне чашку с такой почтительностью, словно я был, по меньшей мере, столичным губернатором. — Я был, как бы это сказать помягче… непростительно груб. Обращался с вами как с обычным отребьем из трущоб.

Он сделал паузу, внимательно изучая мою реакцию.

— В своё оправдание могу сказать лишь, что не знал, с кем имею честь говорить. Вы же понимаете, в нашем положении приходится проводить определенные… границы в общении. — Его голос стал почти интимным. — Но с наследником рода Белозерских такое обращение совершенно недопустимо. Не так ли, Матвей?