Книга Милость королей, страница 94 – Кен Лю

Решив, что имперские силы в Димуши не собираются предпринимать ничего серьезнее смехотворных атак на защитников Диму, Хуно Крима стал их игнорировать: в конце концов, он же король и у него полно более важных дел. Одно из них – строительство нового дворца.

Хуно Крима, конечно, не слишком хорошо представлял, что значит быть королем, но твердо верил, что у каждого правителя должен быть огромный, роскошный дворец, и считал, что его королевство не станут уважать, если у него не будет такого же величественного – нет, больше и лучше – дворца, как у других королей Тиро. Поэтому солдаты Западного Кокру проводили все свое время не на плацу, где должны были заниматься военной подготовкой, а рыли фундамент, таскали дерево, обтесывали камни и клали кирпичи.

«Быстрее, выше, больше! – приказывал король Хуно своим министрам и архитекторам. – Почему строительство дворца продвигается так медленно?»

«Быстрее, быстрее, быстрее! – повторяли министры лейтенантам, которые превратились в прорабов. – Вы должны заставить своих людей работать порасторопнее».

«Эй, быстрее, быстрее!» – кричали прорабы солдатам, которые превратились в простых рабочих, и щедро орудовали хлыстами, тростями и прочими методами убеждения.

Кое-кто из солдат начал задаваться вопросом, почему их называют мятежниками, если то, чем они занимаются сейчас, почти не отличается от строительства Мавзолея или Великих туннелей для императора Эриши.

Когда их недовольство дошло до короля Хуно Кримы, король впал в ярость и неистовство. Ну какие же неблагодарные: не желают видеть разницы между рабским трудом на тирана, каковым он считал императора Эриши, и добровольным вкладом в дело увековечивания славы человека, их освободившего, а также своей новой родины. Он считал, что те, кто шепчется по углам, кто произносит столь гнусные слова, вне всякого сомнения, шпионы империи, в чью задачу входит посеять семена недовольства и инакомыслия, а также распространить лживые наветы. Их следовало уничтожить, всех до одного.

Король создал из доверенных офицеров, во главе которых поставил капитана, специальный секретный отряд с целью патрулирования лагерей рабочих по ночам и выявления инакомыслящих, кто задевает честь короля Хуно и Западного Кокру. В дополнение к форме бойцы отряда носили черные банданы, за что вскоре и были прозваны «черными платками». Если кого-то они вдруг подозревали в измене, больше никто и никогда бедолагу не видел.

Чем больше предателей они выявляли, тем подозрительнее становился король Хуно. Если вдруг министры забывали обратиться к нему со словами «ваше величество», то дрожали от ужаса, он приказывал людям шпионить друг за другом, потому что не был уверен, что среди «черных платков» нет имперских шпионов.

Решение проблемы он увидел в создании еще одного отряда, куда входили люди, которые пользовались его особым доверием. Эти повязывали головы белыми банданами и должны были следить за «черными платками». Первым они обвинили в измене капитана стражи, командира «черных платков». Король Хуно был разочарован, но считал, что это вполне объяснимо: так же, как рыба гниет с головы, коррупция начинается на самом верху. Конечно же, капитан стражи предатель – а как иначе?

Итак, «черные платки» следили за простыми солдатами, а «белые» – за ними. Но кто будет присматривать за «белыми платками»? Этот вопрос чрезвычайно беспокоил короля, он долго думал, пока не решил, что должны появиться и «серые платки».