Книга Милость королей, страница 175 – Кен Лю

Генерал Рома наблюдал за предательством короля Дало со смесью гнева и сожаления. Теперь он понимал, что ему следовало послушать Торулу Перинга и атаковать до того, как Киндо Марана уничтожил их союз. У него не осталось никакой разумной стратегии – только кровь, ужас и желание сбежать.

Армада оказалась флотом Маты Цзинду с двумя тысячами солдат на двадцати кораблях.

Мата с отвращением наблюдал за хаосом, царившим в порту. По его приказу корабли встали дугой и закрыли выход из гавани, а всем, кто пытался покинуть порт, было приказано вернуться обратно.

Корабль с королем Дало на борту осмелился проверить решимость Маты, и тот без колебаний приказал Тэке Кимо взять его на абордаж.

— Вы посмели атаковать королевский корабль? – кричали солдаты Гана, обращаясь к Кимо со смесью бравады и страха.

— Однажды я уже убил короля, – заявил Кимо, смеющееся, покрытое татуировками лицо которого наводило ужас на матросов Гана. – И с радостью отправлю вашего короля Дало на встречу с королем Хуно.

Матросы не стали сопротивляться, когда люди Кимо, размахивая оружием, поднялись на борт королевского корабля, привязали его цепью к своему судну и потащили обратно к Тоадзе.

Остальным судам пришлось последовать за ними.

Собравшиеся в порту солдаты Гана испуганно кричали, когда мимо проплывали пустые корабли, которые привезли войско Маты. Издалека доносился шум подступающей имперской армии, а на востоке уже появились имперские воздушные корабли, сопровождавшие армаду, которая огибала Волчью Лапу и приближалась к Тоадзе. Только знакомство с воздушными бомбами Перинга, начиненными кусочками металла, заставляло воздушные корабли соблюдать осторожность: если бы они пролетели над гаванью Тоадзы и сбросили на них зажигательные бомбы, с повстанцами было бы покончено.

— Превосходная работа! – похвалил Мату Цзинду генерал Рома, в восторге от того, что он возглавил арьергард, а сейчас пришел на помощь главнокомандующему. – Теперь мы сможем увести свои войска и предоставить предателям Гана сражаться с Мараной в одиночку.

Мата покачал головой:

— Мы должны немедленно пойти в контратаку.

Рома был потрясен этим заявлением:

— Контратака невозможна, глупец! Сражение проиграно.

Мата Цзинду оставался непоколебим:

— Мы еще даже не вступили в бой.

Рома заглянул в глаза молодому Мате и вспомнил о жестоких расправах, по слухам, учиненных молодым воином в Диму, о безрассудстве и яростном темпераменте. Он жаждал крови – и ничего больше.

«Вот почему король Туфу и маршал Цзинду назначили главнокомандующим меня, а не его».

Рома расправил плечи и попытался говорить так, словно его власть безгранична:

— Я отдал приказ отступать. И твоя задача благополучно доставить нас на Большой остров.

Мата спокойно обнажил На-ароэнну и одним движением его обезглавил. Незачем терпеть командующего, который проявляет нерешительность и не может сражаться.

Все, кто стоял вокруг, онемели и застыли, не в силах отвести взгляды от могучего воина.

И пока вокруг стояла мертвая тишина, Мата приказал своим солдатам сжечь все плоты и корабли – в том числе и те, на которых они сюда прибыли. Через несколько минут запылала вся акватория порта.

— Все корабли сгорели, а вместе с ними припасы. Теперь мы не можем отступить. У вас осталась лишь та еда, что находится в желудках. Если захотите есть, то придется убить имперского солдата и забрать его паек.