Книга Пустующий трон, страница 282 – Кен Лю

— Не нужно строить домыслы о ее ученых заслугах или отсутствии таковых, – пожурила она Дзоми, которая была склонна преувеличивать значение экзаменов. – Пусть в Зале мутагэ установят памятную табличку в честь Надзу Тей и внесут ее имя в списки мучеников.

— У нас нет доказательств ее верности Дому Одуванчика, – возразила Дзоми. – Эта женщина могла сотрудничать с льуку, но в какой-то момент перестать быть для них полезной.

— Даже соглашатели иногда спасают жизни, – ответила Джиа. – Не спорь со мной.

— Слушаюсь, ваше величество. – Дзоми удивилась тому, с каким пылом императрица отстаивала Надзу Тей. Ненадолго задумавшись, она продолжила: – Все это не так интересно, как последний пункт доклада госпожи Раги. Танванаки требует повысить дань к весне. Ранее мы ежегодно увеличивали объем на одну десятую, но теперь она требует поставлять в двойном количестве все, кроме золота. А также запрашивает коров.

— Чем ты это объяснишь?

— Чистки и казни могут быть следствием временной борьбы за власть при дворе, – предположила секретарь предусмотрительности. – Но такое повышение объема дани не похоже на простую проверку нашей силы воли. Скорее всего, в Неосвобожденном Дара возникли серьезные неурядицы, и Танванаки ожидает проблем с продовольствием.

Джиа кивнула:

— Разумеется, мы примем ее требования. Нельзя, чтобы народ Руи и Дасу умирал с голоду.

— Безусловно, – процедила Дзоми сквозь зубы. Она сжала кулаки, как будто готовясь к удару. Затем добавила сдержанным, рассудочным тоном: – Похоже, наши мольбы были услышаны. Мы надеялись на политический кризис в Неосвобожденном Дара, и боги его устроили.

— Немедленно поставь Кого в известность. Пусть планирует увеличение поставок.

Они еще некоторое время обсуждали этот вопрос, а затем Дзоми пожелала императрице спокойной ночи.

— Хотелось бы знать, что именно послужило причиной перемен в Крифи, – сказала она перед уходом. – Видно, баланс политических сил резко изменился. Надеюсь, с принцем Тиму все хорошо.

Джиа ничего не ответила. Но когда секретарь предусмотрительности уже была в дверях, произнесла:

— Грядет Великая экзаменация. Я собираюсь поставить тебя во главе комиссии вместо Кого.

— Почему? – Дзоми остановилась.

— Ты всегда хотела реформировать экзаменационный процесс, и я решила дать тебе такую возможность.

— Удивлена, что вы об этом помните.

— Следить за льуку чрезвычайно важно, однако при этом нельзя забывать о творчестве и науках. По долгу службы ты обязана уделять внимание разработке новых машин и поиску талантливых ученых. Не позволяй мыслям о возможной войне вытеснить заботы о нуждах мирного времени. На войне первое правило: не становись похожим на своего врага.

— Понимаю, – поклонилась секретарь предусмотрительности.

Пока «плавники дирана» провожали ее из дворца, Дзоми мысленно составила письмо Фиро. До истечения договора о ненападении с льуку оставалось всего двадцать четыре месяца, а до открытия прохода в Стене Бурь – двадцать восемь. Император наверняка сочтет нестабильность в Неосвобожденном Дара хорошим поводом собрать внушительную армию для атаки.

«Императрица, безусловно, права, однако и император тоже».

Она вновь подняла глаза на луну и ускорила шаг.

После ухода Дзоми Джиа еще долго не могла уснуть.

Как ни страшно было это признавать, она боялась закрыть глаза.