Книга Янтарная гавань, страница 54 – Виолетта Орлова

Еще несколько дней пролетело незаметно, как вдруг стало известно, что Артур попросил у Дейры окончательный расчет. Ребят эта новость совершенно взволновала и расстроила, ибо она могла значить только одно: храбрый юноша не желает более оставаться в неизвестности и сам намеревается уйти на поиски отца. Но все это казалось чересчур сомнительным предприятием.

Как-то вечером друзья настойчиво попросили Артура заглянуть к ним в шале Морских львов. На тот момент все студенты уже спали, кроме, разумеется, Тина, Дианы, Тода и Даниела. Они сидели напротив разожженного камина и заговорщицки переговаривались, порою даже слишком оживленно, когда в дом зашел Артур, принеся с собой крупные хлопья снега и отголоски заунывного ветра.

— Что-то я замерз, пока шел до вас, – шутливо произнес Артур, расположившись поближе к уютному камину.

— Мы хотели поговорить с тобой, – серьезно промолвил Даниел Фук, и лицо Артура тут же заметно омрачилось, словно он подозревал наверняка, о чем будет этот непростой разговор.

— Что, собственно, ты хочешь предпринять? – первым делом спросил Тин.

Клипсянин с сомнением покачал головой.

— Я… На самом деле, пока я не знаю. Самое простое, что мне приходит на ум – это дойти до Той-что-примыкает-к-лесу, найти там Алана и уже потом думать, куда держать путь.

— Думаешь, Алан так уж и пойдет с тобой? – фыркнул Тод. – Он ведь тоже не пришел в Троссард-Холл, хотя и обещался… Может, он уже и думать забыл про всю эту историю?

— Нет, вряд ли, – спокойно возразил Артур. – Если он не пришел, значит, на то были причины. Я в полной мере доверяю ему.

— Даже после того, как он вероломно затащил тебя в Омарон? – снова язвительно поинтересовался Тод. Кудрявый юноша был не в состоянии уразуметь, как Артур может полагаться на человека, уже однажды обманувшего его.

— Но все-таки… Не кажется ли тебе, что это довольно неразумно: уходить, даже не зная, куда? – на этот раз спросила Диана. Девушка была облачена в простое платье, весьма выгодно смотревшееся на ее фигуре, однако на плечах ее покоилась теплая шерстяная шаль, добавлявшая образу скромности и целомудренности. У Артура в голове пронеслась грустная мысль о том, что все-таки ему придется, возможно, надолго попрощаться с прекрасной девушкой.

— Я не знаю, Ди. Наверное, ты права. Но я уже не могу оставаться в школе. Время идет, а я ничего не делаю для того, чтобы помочь отцу… И потом, некий план у меня все же есть.

Словно в нетерпении желая услышать слова юноши, в камине неровно дрогнул огонь, уютно хрустнув сгорающими головешками.

— Ты ведь поделишься с нами? – как-то жалобно проговорил Тин.

— Конечно. Я хочу вернуться в Мир чудес. Мне нужен пропуск, чтобы пробраться в Тимпатру, город армутов. А там я намереваюсь прочитать недостающие элементы рукописи Саннерса.

— Не слишком ли большие надежды ты возлагаешь на эти записки? – нахмурила брови Диана.

— Это единственная зацепка, которая у меня есть. Саннерс много писал о бедном моряке из Гераклиона, человеке, нашедшем таинственный источник, исцеляющий болезни и вроде даже продлевающий жизнь. В своей рукописи Корнелий приводит выжимки из дневников того, первого путешественника. Люди гераклионского моряка, якобы во время своей экспедиции находили некие загадочные пещеры, по описаниям вполне похожие на ту, куда я попал с отцом. Однако я обратил внимание на некоторую странность… Получилось так, что только пара человек из их группы смогли обнаружить и даже описать пещеры, а для всех остальных они остались невидимы. Похоже, пещеры единорогов скрыты от глаз обычных людей, и существуют какие-то условия, позволяющие их увидеть. В той рукописи, что я читал в Беру, были вырваны отдельные страницы. Помимо этого, копировальщик, видно, решил сократить дневник по своему усмотрению, оставив только ту информацию, которую счел полезной. Мне бы хотелось найти оригинал записей Корнелия; будет также неплохо, если я смогу отыскать еще что-то о том моряке из Гераклиона. Конечно, я вполне осознаю, что это означает идти практически наугад, неведомо куда. Я не знаю точно, помогут ли мне в действительности рукописи или нет. Я не знаю, сколько времени все это займет. Однако сидеть и ждать для меня еще более невыносимо… – юноша сбился и замолчал; в его погрустневших темно-синих глазах отражались языки пламени.