Книга Янтарная гавань, страница 527 – Виолетта Орлова

— Хорошо, мой мальчик. Я рад, что мы пришли к некоему консенсусу. Я немедленно отвезу тебя к господам Фукам. На днях к тебе заглянет адвокат; ему нужно будет переговорить с тобой, обсудить обвинения, выдвигаемые против тебя, и продумать линию защиты.

— Спасибо, – с чувством поблагодарил Артур коронера. Никогда в жизни юноша не предполагал, что будет испытывать благодарность к этому человеку. Удивительно, с какими поворотами судьбы иногда приходится сталкиваться.

Следователь милостиво позволил юноше допить чай, а затем разрешил умыться и чуть привести себя в порядок перед дорогой. Потом он лично сопроводил своего гостя до кареты и уселся вместе с ним. Артур устало откинулся на подушки и задумался. Значит, родители Даниела вовсе не прочь принять его в своем доме? Юноша искренне надеялся, что они не испытывают по отношению к нему неприязни; ему страстно хотелось, чтобы среди всего сонма ненавидящих его людей были те, кто находится на его стороне.

Изящная повозка коронера добралась до Ученой улицы очень быстро, почти за одно мгновение. Выходя на ветку, Артур на секунду замер, чувствуя, как его вдруг пробрала дрожь. Вполне вероятно, истинная причина неприятных ощущений крылась в его болезненном состоянии, но юношу вдруг охватил почти панический страх. Отчего-то он искренне испугался встретиться лицом к лицу с родителями Даниела, боялся увидеть их осуждающие недовольные лица, услышать упреки в свой адрес. И хоть он никогда в своей жизни не встречался с этими людьми, по сути, незнакомцами, но тем не менее они являлись родителями его друга и, стало быть, много значили для него самого.

Совершенно оробевший и смущенный, юноша напряженно следил за тем, как коронер подходит к гнездиму и негромко стучит в дверь молотком. Следователь оглянулся через плечо и взглядом поторопил Артура, который в данный момент испытывал лишь острое желание пуститься наутек. Но было поздно, ибо из гнездима вышел сам хозяин собственной персоной – высокий, сухопарый, серьезный, строгий, на крючковатом носу которого примостились маленькие аккуратные очки стального цвета. На нем был невзрачный серый сюртук и легкие оюньские брюки, а руки, несмотря на теплое время года, были облачены в кремовые перчатки. По всему было видно, что этот мужчина является исключительным педантом.

Артур не слышал, что конкретно говорил господин Рем. Во время беседы отец Даниела пару раз поднимал голову и пристально смотрел на юношу; выражение лица его было столь неопределенно, что сложно было сделать какие-то выводы. Господин Рем объяснял цели своего визита, необычайно жестикулируя и поминутно указывая на Артура, который словно бы прирос к своему месту и оцепенел.

Наконец с обсуждениями было покончено, и стороны, вероятно, пришли к удовлетворяющему их решению, ибо господин Рем засобирался в путь. Он вежливо пожал руку отцу Даниела, а затем неторопливо пошел к карете. Остановившись перед Артуром, коронер с нескрываемым удивлением взглянул на оробевшего юношу.

— В чем дело? Хочешь, чтобы я увез тебя обратно?

Артур вздрогнул и поднял свои голубые глаза на следователя.

— Нет. Конечно, нет.

Тот лишь хмыкнул.

— Встретимся после суда. Надеюсь, тебя оправдают. До свидания, мой мальчик. Не забудь, завтра к тебе наведается господин Никтой для обстоятельной беседы.