Книга Мост Невинных, страница 60 – Александра Торн

— Нам нужен тот, кто сумеет опознать вора, — сказал Солерн.

— Но здесь нечего красть. Этот архив бесценен — однако только для тех, кто понимает…

— Сто шестьдесят лет! — прошептал Николетти. — И такая поразительная сохранность!

Мастер вытащил с полки книгу, и Дюфур напряженно выпрямился в кресле:

— Мессир! Осторожнее! Это ценнейшие рукописи, подобных которым в мире нет!

— У вас бывают посетители? Кто-нибудь проявлял интерес к чертежам или другим бумагам?

Дюфур отрицательно покачал головой:

— Кто и зачем? К нам иногда заглядывает наш комендант, он любит читать, но не выносит отсюда книги. Милостью ее величества Екатерины, упокой ее Боже, мы не бедствуем, но посетители после ее кончины к нам не заходят.

— Разве тут совсем никого не бывает? Кто-то же должен хотя бы пыль вытирать.

— Я, — сказал Дюфр-младший. — Я сам все убираю и мою. И чиню по мелочи.

Солерн задумался. То ли они имеют дело с людьми, которым велено все забыть, то ли весь этот опасный вояж вообще не имеет никакого смысла. Николетти меж тем убрел куда-то в недра архива, и оттуда раздался его восторженный возглас:

— Какая прекрасная эскрита!

“Прекрасная что?” — озадачился Ги и пошел на звук. Служители архива встревоженно переглянулись. Старик Дюфур выкарабкался из кресла с помощью племянника и зашаркал следом.

Николетти обнаружился в эркере, где с восхищением созерцал нечто среднее между кофром, сундуком и комодом.

— Что это за штука? — недоумевающе спросил Солерн и обошел ее по кругу. — Для чего она? Она вообще открывается?

— Эскриты — это шкатулочки с множеством ящичков для безделушек, бумаг и духов. Ящички расположены со всех сторон вокруг одной или двух осей, поворачиваются и открываются нажатием на тайные пружинки, — Николетти нежно пробежал пальцами по гладкой полированной панели, — Это тоже эскрита, только очень большая. Изумительной тонкости работа!

Первое, что бросались в глаза дознавателю, помимо утонченной резьбы и перламутровой инкрустации — насколько новой выглядела эта вещь по сравнению с прочими стеллажами, шкафами и креслами.

— Вы недавно ее приобрели?

— О нет! — воскликнул Дюфур-старший. — Ее собрал еще сам Теодоро дель Фьоре. Взгляните, вот его печать.

— Мы скопили деньги за полгода, — добавил его племянник, — и заказали реставрацию в одной из лучших мастерских Байолы.

Сердце Солерна екнуло. Господи, неужели наконец-то?!

— В какой?

— Кажется, ее держит семья Рено. Принеси письма от главы мастерской, Жан, — попросил Дюфур и обеспокоенно уточнил: — Вы же не намерены забрать эту вещь у нас?

— Нет, но мне хотелось бы узнать, как вы ухитрились ее вывезти в город. Она же довольно большая и даже с виду очень тяжелая.

— Что вы! О вывозе эскриты и речи не было! Мы пригласили хозяина мастерской и его работников сюда, и они работали тут несколько месяцев.

«Боже!» — подумал Солерн. Неужто судьба вместо пинков решила преподнести ему подарок?!

— Вы помните, кто именно тут работал?

— Гммм, — Дюфур-старший нахмурился. — Память редко меня подводит, но я бы не стал сейчас на нее полагаться, тем более, что реставрация была завершена полгода назад. Однако, поскольку пройти в крепость без разрешения коменданта нельзя, то я составил список всех работников мастерской и передал ему. У нас осталась копия.