Онлайн книга «Мост Невинных»
|
Тем горше было возвращение к реальности. Она предстала перед Солерном в виде темной громады замка, превращенного в тюрьму. Мост был поднят, во рву плескалась вода, по которой прыгали блики от фонарей и факелов на стенах. Вокруг и внутри Бернардена несла стражу королевская гвардия. Карету Николетти остановил разъезд, и Солерн открыл дверь, чтобы представиться, но сержант узнал его первым. — Едете на допрос? — спросил он, подняв фонарь. — Так поздно? — Да. Что здесь было днем? — Небольшой покос, — мрачно ответил гвардеец. — Скосили малость горячих голов. — Долго все длилось? — С полчаса. Но я бы не сказал, что мы закончили. Честно говоря, никто из наших не собирается спать сегодня. Народ стал дерзкий, на все способен. Сержант повернулся к мосту и подал знак, подняв фонарь. Мост со скрежетом стал опускаться. Солерну подумалось, что если дела примут совсем плачевный оборот, то гвардия сможет укрыться в замке и некоторое время держать оборону. У ворот их встретил д’Олльер, капитан тюремной стражи, и Солерн сразу понял, что тот вообще не ложился. С тревогой глядя то на мастера, то на дознавателя, капитан спросил о цели визита. — Я должен допросить Жильберов с мастером Николетти, — сказал Ги. — Отца и сына. Приготовьте камеру для допроса. Щека капитана дернулась. — Н-но… мы не можем… — Почему это? — резко спросил Солерн. — Жан Жильбер, — Олльер запнулся. — Он… он умер утром. Сердце Солерна похолодело. Какого черта?! — Где тело? Куда вы его дели, черт побери? Как он вообще мог умереть?! — Я не могу… мне приказано… — К телу, — лаконично произнес Николетти. Щека капитана часто задергалась в тике; Олльер повернулся кругом и зашагал к мертвецкой, где складывали трупы перед отправкой на кладбище. Мальчик еще лежал на столе, прикрытый простыней. Солерн сорвал ее и коротко выругался: кто-то воткнул в Жильбера-младшего нож не меньше двадцати раз. Несколько ударов пришлись в лицо — один глаз был выколот, щека распорота, часть носа срезана. Но все же Ги узнал его и повернулся к капитану, закипая от ярости: — Как вы это допустили? — Э… Ну я… Мы его таким нашли… — Он двадцать раз пырнул себя ложкой от миски супа? У арестантов нет ни ножей, ни вилок, ни, мать их, стекол, чтобы разбить! — Он таким и был! Мы зашли, он лежит! Чертов паскудный мятежник, и после того, как сдох, нет от него покоя! — Кто приказал? — спросил дознаватель. Капитан стражи вздрогнул всем телом и ничего не сказал, хотя очевидно, что кто-то должен был отдать приказ умертвить юношу по какой-то, черт побери, причине! Терпение Ги лопнуло. Он сгреб Олльера за грудки и прошипел: — Видишь этого старика? Знаешь, кто он? Капитан судорожно закивал. — Ну так отвечай, пока по-другому не спросили! — Начальник тюрьмы! — взвыл Олльер, тщетно пытаясь вырваться, аж камзол трещал. — Пришел, велел избавиться от щенка… — Почему? — Откуда мне знать, почему! Приказал и все! Мы выполняем, а не задаем вопросы! — Где он? — Уехал! Еще до полудня! Я его с тех пор не видел! — Боже, — прошипел Солерн и отшвырнул Олльера в угол. — Вызовите в допросную Луи Жильбера. Живо! — Интересно, — прошептал Николетти; капитан, услышав его голос, зигзагом шарахнулся к двери. — Зачем убивать того, кого и так вот-вот повесят? — Мертвеца не допросишь, — процедил Солерн. |