Книга Холодный огонь, страница 20 – Александра Торн

— Дверь, – пояснил комиссар Лонгсдейлу; тот хмуро изучал следы дробин, пока пес обнюхивал стены и садовую дорожку.

— Озеро видать прямо от порога, сэр, – сказал Келли. – И из половины окон.

— Очень близко, – пробормотал консультант.

— Допросить всех соседей и, по возможности, вообще жителей квартала, – велел Бреннон. – Особенно насчет того, что они слышали ночью и было ли у них чувство тревоги.

— Слушаюсь, сэр.

Комиссар наклонился к Лонгсдейлу:

— Вы говорили, что оно еще не может вылезти из озера. А меж тем сынок Мерфи услышал, как оно подошло к дому и постучалось, да так впечатлился, что пальнул из дробовика.

— Вы были правы, а я нет, – отозвался Лонгсдейл. – Мне следовало изучить одежду жертвы.

Бреннон удивленно помолчал. Он чувствовал себя как укротитель льва, который отважно ворвался в клетку и увидел в ней котенка.

— Ладно, – пробурчал он. – Я тоже погорячился. Однако впредь не указывайте мне, что делать, при моих подчиненных.

Консультант рассеянно кивнул и вышел на крыльцо.

— Видите? – Он ткнул пальцем в темные пятна на дереве. – Здесь оно коснулось двери. Доска промерзла насквозь.

Комиссар протяжно присвистнул.

— На одежде усопшего я нашел следы. То, что мистер Кеннеди принял за ушиб от падения, – это такой же отпечаток, как здесь. На одежде остался след от прикосновения, точно напротив сердца и легких. Я очень, очень крупно ошибся. Особенно насчет природы этой твари.

Пес тихо зарычал. Они спустились с крыльца; Лонгсдейл присел и провел пальцами по дорожке.

— Здесь оно шло.

— Мы можем пройти по его следам?

Консультант взглянул на небо – сумерки уже сгущались, и на востоке проступила тонкая розоватая дымка.

— Но, скорее всего, не успеем до темноты.

— Я не предлагаю шарить по его берлоге в ночи, – сказал Бреннон. – Посмотрим, куда ведут следы. Как вы думаете, лед на озере цел?

Лонгсдейл задумчиво потер подбородок.

— Не знаю. Ранее мне казалось, что это существо копит силы, чтобы выбраться из заточения подо льдом, для этого и отбирает жизненную силу у людей. Однако эта теория неверна, и в нее не укладывается выбор жертв. Будь это так, тварь опустошила бы рыбацкие деревни или этот квартал.

— Вы такое видели? – после паузы спросил Натан. Пес, опустив морду к земле, шел по следу. – Опустошенные деревни?

— Да, – отозвался консультант.

— И что?

— В каком смысле?

— Что вы делали?

Лонгсдейл угрюмо оглянулся на дом.

— Можно только убить.

«И как, черт подери, это сделать?» – подумал Бреннон. След вел к озеру. Люди опасливо смотрели на полицейских из-за оград домов и чуть слышно перешептывались. Улица спускалась к берегу Уира.

— Часто у вас такие холодные зимы? – спросил консультант.

Комиссар пожал плечами:

— Всякие случались. В год, когда меня призвали в армию, люди, бывало, мерзли насмерть прямо на улицах или в поле.

— А установить периодичность холодных зим…

— Да кто же вам ее установит? Можно стариков порасспросить, но они-то вам порасскажут.

Консультант нахмурился, покусывая губу. Пес бодро бежал вперед.

— У вас есть какие-то идеи?

— Пока нет, – неохотно отозвался Лонгсдейл. – Сегодня нужно разморозить трех жертв и провести вскрытие. Но если тварь разгуливает по городу совершенно свободно – то чего она добивается? Ночь, все дома. Она призывает жертв, так почему именно те, а не другие?