Книга Глаз бури, страница 107 – Александра Торн

— Если бы их было достаточно, – угрюмо произнес он, – тех, кто отследил бы ритуальные убийства, выловил сообщников этого Бартоломео, до такого бы дело не дошло.

— Очень приятно, что вы наконец-то признали мою правоту. До меня, впрочем, тоже дошло не сразу. Все эти годы я один…

— А что вам мешало не быть одному? – проворчал Натан. – Ангельский нрав, не иначе. Лонгсдейл до сих пор не пришел в себя. С ним Валентина, но я беспокоюсь…

— Не беспокойтесь, – отмахнулся Редферн. – Консультанты нуждаются во сне, чтобы восстановить силы. Дайте ему поспать сутки-двое, и только. Вы сказали консультантам о Молоте?

— Сказал. Эта идея никому не понравилась.

— Еще бы, – хмыкнула Маргарет. – Если все консультанты сядут в кружок и совместно его применят, то от города останется одна большая дыра в земле. Фессандрея, в которой Гидеон впервые зачитал свое заклинание, превратилась в кратер с горсткой пыли по центру.

— Да этот ваш Гидеон был полоумный почище брата Бартоломео!

— Ну нет, – фыркнул Редферн, – чернокнижнику далеко до его непревзойденной гениальности.

— Ни черта себе гений! Нашел что изобрести! А если от удара Молотом станет хуже – провал расширится, например?

— Это маловероятно, – нахмурился наставник. – Я проводил расчеты и не предложил бы вам Молот, если бы такой риск был слишком велик. Кстати, что говорит ваша жена?

— Насчет провала? Говорит, что город в относительной безопасности. Я так понимаю, что попытка прокрутить в городе вторую дыру на ту сторону могла привести к усилению провала на острове?

— Не совсем. В Фаренце из-за наличия провала грань между нашим миром и той стороной слишком тонка. Представьте натянутую до предела тонкую ткань, уже заштопанную в одном месте. Где она порвется в первую очередь, если натянуть ее еще сильнее?

— Понял, – кивнул дядя. – Однако брат Бартоломео не сможет за сутки приготовить новый портал?

— Нет, – сказала Маргарет. – Только если он держит где-то в подвале еще от девяти до одиннадцати жертв.

— То есть этот тип близок к отчаянию. – Дядя поскреб бородку. – Даже не знаю, хорошо это или плохо…

— Он должен знать, что теперь вы без труда поймаете его след, – заметил Энджел. – Одиннадцать жертвоприношений оставляют мощный отпечаток. А поскольку портал так и не открылся, то отпечаток оказался очень отчетливым. Эманации той стороны его почти не затронули.

Комиссар оживился:

— Надеюсь, консультанты вернутся с добычей уже к вечеру!

— Но даже если мы наконец возьмем этого недоноска, с дырой на Лиганте нужно что-то решать, – покачал головой Энджел. – Пока не объявилась еще какая-нибудь шайка чернокнижников или тип вроде Ройзмана. У нас будет шанс, если Саварелли уговорит дожа на эвакуацию.

— Шанс, – повторил дядя. – Но вы же сами сказали, что Фаренца будет стерта до основания. Если б речь шла о Блэкуите, я бы никогда не согласился. И думаю, что жители Фаренцы тоже окажутся против.

— Жители, – фыркнул Редферн. – Пусть радуются, что вообще уцелели!

— Они не могут радоваться тому, что спасены от угрозы, о которой они вообще не в курсе. Вот именно потому вам и нужно официально сотрудничать с властями. А не создавать очередной тайный орден борцов за все хорошее против всего плохого!

— Дядя, ты что, уже подал рапорт об увольнении? – удивленно спросила Маргарет. Комиссар осекся, пробурчал что-то на прощание и погасил зеркало.