Книга Холодное утро в 3018, страница 14 – Лан Ань Ни

— Есть разрешение на ношение шокера? — спросил я, когда девицы, наконец, соизволили покинуть мою квартиру.

— Да, но обычно я не…

— На этот раз, скорее всего, придётся. И лучше не зевай.

— А как же Хавьер? Он в таком состоянии, и оставлять его одного… — забеспокоилась Стейси.

— Ему ничего не потребуется. Проспит часов пять. Не меньше. Рита за ним присмотрит и сообщит мне, если что-то пойдёт не так.

* * *

Электрокар Стейси — загляденье! Приобрести такую модель — просто мечта, сладкая грёза. Но мне и десяти лет не хватит, чтобы на неё накопить. А ведь мощный, но манёвренный кар — это самая что ни на есть необходимость в таком городе, как Льеж.

— Вы с виду совершенно трезвые. Зачем напоили моего друга?

— Вообще-то, он сам предложил выпить за встречу, — ответила Стейси. Она казалась виноватой. — Мы договорились встретиться до начала конференции. В итоге пил только Хавьер. Эжени на работе, а я — за рулём. Он выпил совсем немного, мы не ожидали, что его так развезёт.

— Ну… Хавьер и алкоголь — это отдельная история. Ему, кстати, вообще нельзя пить. Узнает начальница, сделает выговор, а другу нужна эта работа.

Без преувеличений. После операции мой друг был сам не свой и начал прикладываться к бутылке. К сожалению или к счастью, быстро стало ясно, что пить он не умеет и вряд ли когда-нибудь научится. В последние месяцы жизнь Хавьера наладилась, и он давно не срывался.

— В обществе Стаси парни часто ведут себя, как придурки, — хохотнула Эжени. — Сами не понимают, что творят.

Не удивлён.

— На тебя это, похоже, не распространяется, — заметила Стейси. — Славненько! Как раз то, что надо! Какое счастье, когда парень в моем обществе не впадает в ступор.

— Эй! — вскинулась Эжени. — Мы же договорились: этот — мой! Он мне нужен. Уговор дороже денег.

— О да! Уговор дороже денег, — Стейси притворилась расстроенной.

Уже поделили нас с Хавьером? Серьёзно? Я поморщился. Что за мерзость?

Эжени, надо же, подмигнула мне! Ха, тоже мне шутница! Я подавил желание скорчить рожу и в придачу высунуть язык. Или выскочить из электрокара на полном ходу, надеясь оказаться как можно дальше от этих хищниц. Я отвернулся к окну. Стейси гнала вовсю, и город внизу и вокруг слился в сплошное золотое пятно.

Льеж состоит из районов — уровней. Их три: Нижний, Средний и Верхний. Центральная дорога делит все районы пополам, её ответвления, точно рукава реки, расходятся в разные стороны, вглубь секторов, извиваются, ветвятся в квадратах. На самом деле, Центральная дорога — понятие условное. Воздушное пространство и есть дорога. В городе разрешено передвигаться на карах, на электробусах и аэроботах. Пешком можно ходить по железобетонным площадкам жилых башен. Там, на насыпном грунте высажены деревья и разбиты цветочные клумбы, устроены игровые площадки для детей и фонтаны. Вся жизнь города сосредоточена в жилых башнях, они служат нам домами, там же расположены административные учреждения и магазины. Мы живём в башнях, работаем и проводим свободное время. Мы их узники. Говорят, раньше люди жили в сельской местности, в частных домах с окнами, выходившими на цветущие сады. У многих семей были собственные участки земли и даже целые поля, уходившие за горизонт. Поля, которые нельзя было обойти, а только объехать. В наши дни численность населения растёт из года в год, а земли катастрофически не хватает. Потому-то жилые башни в ближайшие время скроются за границей облаков. В Нижнем районе нельзя передвигаться на личных карах. Расставшись со Стейси, мы сели на электробус — длиннющий кар на воздушной подушке, который опустил нас на одну из площадок. Далее спуск вниз по электролестнице. Сотни таких лестниц связывают промежуточные площадки и сектора Нижнего района. Эта сложная система затрудняет передвижение, и поэтому жители Нижнего оказались едва ли не запертыми в трущобах, придавленными к земле.