Книга Красная маска, синяя маска, страница 144 – Лан Ань Ни

— Я бы хотела увидеть Сун Жуланя, убедиться, что с ним все в порядке, и рассказать, что Чжао Вэйнин жив и здоров. Мастер Жун, с ним можно увидеться?

— Я отведу тебя. Но придется подождать, когда демон в лазурных одеждах придет в себя. Не советую сейчас будить его.

— Понимаю, я не стану беспокоить его. Просто… тревожусь… Небесные молнии способны сжечь дотла… Я боюсь, что последствия…

— Сейчас демон в лазурных одеждах в безопасности. Как только он восстановит силы, ожоги быстро заживут, и следов не останется. Не бойся, дитя, он не умрет! Судьба твоего спутника отмечена знаком небесного испытания. Отныне и до его завершения божественным оружием Владыку Востока не убить. Если бы мои братья сразу поняли это, ему бы не пришлось так страдать.

* * *

— Нет, не верю! – прошептала Хэ Ланфэн. Девушка так сильно сжала кулаки, что у нее заболели пальцы. – Не верю, что они не знали, что они не поняли! Они думали только о том, как бы сильнее помучить его, прежде чем убить. Какая чудовищная жестокость!

И еще это небесное испытание… Ланфэн была уверена: оно не сулит ничего хорошего. Но куда уж хуже?

В комнате принца все пропахло благовониями. Из-за них в мыслях мечницы царил хаос. Она еще никогда так туго не соображала. Но ничего не поделаешь! Благовония были призваны притупить боль, которую причиняли Сун Жуланю многочисленные ожоги.

Хэ Ланфэн склонилась над постелью. В тот момент ей было не до приличий. Молнии повредили маску принца, и девушка увидела кусочек обожженной кожи. Поразительно, но волосы Сун Жуланя совершенно не пострадали! Девушка распустила их, чтобы шпилька не давила больному на голову. Ли Мэй с завистью твердила, что у Сун Жуланя очень красивые волосы, густые и мягкие, точно мех какого-нибудь мифического зверя. Чудо, что они не сгорели! Зато руки и большая часть тела юноши была покрыта повязками. Ланфэн чувствовала исходивший от них резкий запах трав.

Ей было жаль, очень жаль Сун Жуланя! В тот момент мечница жалела ни демона в лазурных одеждах, а человека, с которым обошлись несправедливо. Сколько бы она ни странствовала по свету, в скольких битвах ни побывала, бессмертные мастера часто приходили на помощь. Ее народ был бескорыстным и существовал, чтобы заботиться о слабых. Конечно, Ланфэн знала, что многие бессмертные мечтают о вознесении в ранг небесных чиновников, потому и совершенствуют дух и тело вдали от остального мира. Но она не думала, не могла и не хотела думать, что бессмертные способны на такую подлость. Они не желали спасать Чжао Вэйнина, они использовали его, чтобы убить Сун Жуланя. Но ведь он не сделал ничего плохого!

— Теперь будешь думать, что я намеренно отправила тебя на смерть, – грустно проговорила Хэ Ланфэн. У нее снова болело сердце. Ее прежде спокойное сердце мечника больше не выдерживало. Слишком много переживаний! Слишком много тревог и печалей! – Будешь винить меня в случившемся. Это я должна была подняться по Небесной лестнице. Если бы это сделала я, ничего бы не случилось. Я слишком уж понадеялась на бессмертных мастеров. Думала, что они внемлют просьбам наставницы и помогут мне, спасут Чжао Вэйнина. Но им не было до этих просьб никакого дела! Я ошиблась в своих суждениях. Конечно ты будешь винить меня!

Что-то обожгло ее щеки. Девушка дотронулась до лица. Слезы. Как странно! Хэ Ланфэн не помнила, когда плакала в последний раз. Возможно, еще в детстве, когда она была всего лишь бедной девочкой, оставленной умирать на улице. Малютка Чжэн могла позволить себе слабость, мечница Хэ Ланфэн – уже нет. Отчего же теперь она проливает слезы над демоном, которого должна использовать, а потом устранить? Отчего же ей так совестно и так грустно?