Книга Красная маска, синяя маска, страница 104 – Лан Ань Ни

— Да если бросим товары, на что жить станем? Не лучше ли тогда умереть?

— Хотите умереть – пожалуйста! Ваше дело! Не губите других!

— Скорее! Скорее! Нет, не толкайтесь! Осторожно!

Время утекало сквозь пальцы, как песок. Для людей прошло всего несколько минут, для принца – точно минула целая вечность. Барьер был готов вот-вот исчезнуть. В легких Сун Жуланя почти закончился воздух. Из-под маски струился пот. Каждый удар когтей бесновавшегося Цзяо-Луна принц ощущал на себе. Его голова уже была готова расколоться от страшной боли. Чтобы хоть как-то поддержать барьер, Сун Жулань воткнул меж досок палубы лезвие Цзинлина. Меч не опалил дерево, но пламя, бегущее по его лезвию, взвилось ввысь и укрепило разрушавшийся барьер.

Ли Мэй, взобравшись на край борта и опасно балансируя над водой, держала в руках лук. Она накладывала на тетиву сразу три стрелы.

— Мерзкие отродья! Как посмели тут появиться? – рычала лисица, стараясь подстрелить как можно больше змеиных духов.

На лбу Хэ Ланфэн от напряжения вздулись вены. Ей приходилось одновременно контролировать более пятидесяти духовных мечей. Мечница старалась и перенести людей в безопасное место, и защитить тех, кто еще оставался на судне, и атаковать дракона. От перенапряжения у нее кружилась голова, из носа и ушей потекла кровь.

Несмотря на все усилия Сун Жуланя, Хэ Ланфэн и Ли Мэй, Цзяо-Лун пробил барьер. Когтями передних лап он вонзился в палубу, ломая дерево и опасно наклоняя судно. За борт хлынула вода, сметая все и всех на своем пути. Змеиные духи приняли человеческий облик и вихрем пронеслись по палубе, они вырезали всех, кто не успел взобраться на мечи, без разбора, без жалости. Огромной лапой злой дракон замахнулся на Сун Жуланя. Когти скрестились с лезвием призрачного меча, в разные стороны посыпались искры. Вода поднялась выше щиколоток, Цзинлин защищал хозяина, не давал дракону проглотить его целиком. В свете клинка принц видел совсем-совсем близко большие, как плошки, желтые глаза чудовища, его рога и зубы, каждый из которых мог запросто вспороть тело юноши от горла и до пупка. Сун Жулань прокусил губу до крови, его руки уже с трудом поднимались, но пальцы словно примерзли к рукояти клинка. Как и Хэ Ланфэн, принц стоял насмерть.

Издав громоподобный рык, взбесившийся Цзяо-Лун ринулся к Сун Жуланю, его нос буквально врезался в принца, пробивая защиту. Юноша выпустил из рук призрачный меч. Удар был такой силы, что принц взлетел в воздух. Казалось, на миг его тело стало весить меньше перышка. Сун Жулань ударился о бамбуковую рею. Этот удар вышиб из принца весь дух, падая, он не мог сделать ни единого вздоха. Маска слетела с лица, разодрав в кровь лоб и подбородок. Цзяо-Лун снес то, что осталось от парусов и, открыв пасть, вновь ринулся к Сун Жуланю. Он уже был готов проглотить юношу целиком. Принц приподнялся на локтях, прижал к груди маску. Он с трудом контролировал тело.

— Не зевай! Сожрет же! – Чжао Вэйнин схватил Жуланя за руку и рывком поставил на ноги. Все тело принца отозвалось острой болью, оно протестовало, не желало двигаться. – Бежим! Бежим! – Ладони Чжао Вэйнина были мокрыми от крови. Одной рукой молодой человек держал Сун Жуланя и волочил его за собой, другую он выставил перед собой, задерживая движение дракона. Цзяо-Лун замер на мгновение, Чжао Вэйнин и Сун Жулань пронеслись под его брюхом.